Австрийский поэт Франц Грильпарцер
, побывавший в 30-е годы XIX века в Дрездене и Лейпциге, так
описывал саксонский диалект:
«Язык этих людей раздражает мой слух. Он лишен мужественности и напряжения, зато он полон казусов и простонародных шуток. Люди здесь бесконечно тянут каждый слог, и везде, где могут, привешивают своё любимое „э-э-э“, от чего их говор становится похожим на блеяние овец. В ответ же на просьбу повторить сказанное, они говорят что-то совсем уже непонятное и хохочут между собой».
Под этими строчками и сегодня могут подписаться большинство немцев, живущих за пределами Саксонии (по данным опроса 2012 года, саксонский диалект
не раздражал лишь 8 процентов немцев).
Хотя до XVII века саксонский диалект считался образцовым. Мартин Лютер перевел Библию именно на него. Да и Гёте родители отправили именно в Лейпциг, чтобы тот овладел чистым и правильным языком.
Так что именно
саксонский диалект лег в основу всего немецкого литературного языка. А потом над ним стали смеяться, порой даже зло — и не прекратили до сих пор.
Подхихикивать над мягким и нечленораздельным выговором начали во времена Пруссии. Позже эстафету переняли нацисты, объявившие диалект «немужественным» и «ненордическим». А после разделения Германии к нему и вовсе намертво приклеился ярлык языка «строителей социализма».
Статья в нашем сообществе ВК о саксонском диалекте
