С тревожным чувством берусь за перо. Два года молчания — серьезный срок. Слишком серьезный, чтобы возвращаться. Я выпала из обоймы, по-вольтеровски возделывая свой сад, и все же снова пишу.
Что изменилось? Четыре месяца назад я стала мамой. Четыре месяца осваиваюсь в самой прекрасной и ответственной роли.
Так много убедительного говорят о том, как тяжело выносить, родить и воспитать ребенка, и так мало о том, почему это круто. Все просто: русский язык беден в сфере чувств, которые рождаются вместе с новым человеком. Нужно быть большим мастером слова, чтобы их передать.
Взять хотя бы тезис, что дети — наибольшее счастье. Звучит банально? Формально — да. Но только не для тех, кто стал родителем, у кого есть ключ к этому шифру.
Признаюсь, на позднем сроке утешала себя мыслью, что если через это испытание женщины проходят добровольно во второй и последующие разы, значит, неспроста. Это правда.
Быть мамой — волшебный опыт. Больше всего люблю наблюдать, как мой сын меняется каждый день, как появляются новые умелки, причем сами собой.
Для меня это чудо. Ни у кого из взрослых внезапно не активируется умение делать сальто, понимание нового иностранного языка, двукратная прибавка в росте или способность воспринимать ультрафиолетовый и ультразвуковой диапазоны.
А Роман Сергеевич как-то взял и начал держать голову. Улыбаться в ответ. Издавать новые звуки. Фокусировать взгляд на людях и узнавать их. Переворачиваться на живот. Развлекать себя игрушками. Заразительно хохотать.
Интересно, что каждое обновление этой самозапускающейся программы вызывает такой восторг, который не доставят никакие материальные блага или социально одобряемые достижения.
Самое жизнеутверждающее и одновременно трагическое в родительстве — быть лишь проводником в этом мире. В конечном счете мы становимся «ненужными» для новой личности.
Наша субъектность (в противоположность функциональному обслуживанию потребностей, которое так выбивает почву из-под ног в начале пути) будет возрастать с самостоятельностью ребенка. Таков путь: наблюдать, поддерживать, не мешать.
И последнее. Интересно, что с началом родительства остается лишь важное, первостепенное. Но каким-то парадоксальным образом я все еще продолжаю готовиться к защите, планирую путешествия, читаю хорошие книги, занимаюсь английским, испанским и французским. За эту зиму даже не пропустила ни одной значимой выставки! 😅
Главное отличие — теперь жизнь стала не только насыщенной, но и счастливой, полной смысла, новых возможностей, на которые я смотрю совершенно с другого ракурса
Что изменилось? Четыре месяца назад я стала мамой. Четыре месяца осваиваюсь в самой прекрасной и ответственной роли.
Так много убедительного говорят о том, как тяжело выносить, родить и воспитать ребенка, и так мало о том, почему это круто. Все просто: русский язык беден в сфере чувств, которые рождаются вместе с новым человеком. Нужно быть большим мастером слова, чтобы их передать.
Взять хотя бы тезис, что дети — наибольшее счастье. Звучит банально? Формально — да. Но только не для тех, кто стал родителем, у кого есть ключ к этому шифру.
Признаюсь, на позднем сроке утешала себя мыслью, что если через это испытание женщины проходят добровольно во второй и последующие разы, значит, неспроста. Это правда.
Быть мамой — волшебный опыт. Больше всего люблю наблюдать, как мой сын меняется каждый день, как появляются новые умелки, причем сами собой.
Для меня это чудо. Ни у кого из взрослых внезапно не активируется умение делать сальто, понимание нового иностранного языка, двукратная прибавка в росте или способность воспринимать ультрафиолетовый и ультразвуковой диапазоны.
А Роман Сергеевич как-то взял и начал держать голову. Улыбаться в ответ. Издавать новые звуки. Фокусировать взгляд на людях и узнавать их. Переворачиваться на живот. Развлекать себя игрушками. Заразительно хохотать.
Интересно, что каждое обновление этой самозапускающейся программы вызывает такой восторг, который не доставят никакие материальные блага или социально одобряемые достижения.
Самое жизнеутверждающее и одновременно трагическое в родительстве — быть лишь проводником в этом мире. В конечном счете мы становимся «ненужными» для новой личности.
Наша субъектность (в противоположность функциональному обслуживанию потребностей, которое так выбивает почву из-под ног в начале пути) будет возрастать с самостоятельностью ребенка. Таков путь: наблюдать, поддерживать, не мешать.
И последнее. Интересно, что с началом родительства остается лишь важное, первостепенное. Но каким-то парадоксальным образом я все еще продолжаю готовиться к защите, планирую путешествия, читаю хорошие книги, занимаюсь английским, испанским и французским. За эту зиму даже не пропустила ни одной значимой выставки! 😅
Главное отличие — теперь жизнь стала не только насыщенной, но и счастливой, полной смысла, новых возможностей, на которые я смотрю совершенно с другого ракурса