Batagur Basca. Phrase and fable.

@batagur_basca Нравится 0
Это ваш канал? Подтвердите владение для дополнительных возможностей

Сказ о том, как мальчик Манилло в переплет попал.
Гео и язык канала
не указан, не указан
Категория
не указана


Гео канала
не указан
Язык канала
не указан
Категория
не указана
Добавлен в индекс
23.05.2019 19:10
реклама
TGAlertsBot
Мониторинг упоминаний ключевых слов в каналах и чатах.
Telegram Analytics
Подписывайся, чтобы быть в курсе новостей TGStat.
SearcheeBot
Ваш гид в мире Telegram-каналов
98
подписчиков
~0
охват 1 публикации
N/A
дневной охват
N/A
постов в день
N/A
ERR %
0
индекс цитирования
Репосты и упоминания канала
6 упоминаний канала
0 упоминаний публикаций
1 репостов
Дилдошная (strokes back)
Сериалы 24/7: Ривердейл
Фото|Путешествия
Дилдошная (strokes back)
Мир фантастики
Дилдошная (strokes back)
Каналы, которые цитирует @batagur_basca
Упоминаний и репостов не обнаружено
Последние публикации
Удалённые
С упоминаниями
Репосты
- Бабуля, что случилось с Крампусом?

Это было страшным нарушением их обряда, но Манилло не смог ничего поделать. Что-то в истории, да и голосе Бабули, взволновало мальчика настолько, что под конец он даже открыл глаза.

- Ничего, с ними ничего не случилось.
- Но, Ба!
- Манилло. Тебе пора спать.

Тон не оставлял сомнений: если Манилло не прекратит расспросы, ему не сдобровать. Обиженно засопев, он отвернулся к стенке, с головой укутавшись в одеяло. Бабуля смотрела на него еще несколько мгновений, затем пошла к дверям его комнаты. На самом пороге она замерла в полушаге, опустив голову, чего с ней не случалось никогда. Манилло перестал дышать от осознания того, что весь вечерний распорядок летит в тартарары. И от напряженности, которая разлилась по комнате, поднимая волоски на мехе ламы.

- Его пронзили вилами, прямо там, на снегу. Ярость прибежавших на зов детей селян была такой, что они успокоились только тогда, когда от Крампуса остался только чернеющая груда на снегу. Девочка даже не успела убрать руки. Нет, её не задели, видимых ран не было. А Крампусу было уже не помочь. В гневе селяне даже попытались опрокинуть камень, но им удалось лишь слегка пошатнуть его.

В комнате стало тихо. Через минуту Бабуля словно очнулась от сна.

- Не стоило мне тебе рассказывать эту историю, Энрике.

Она незаметно утерла слезы и вышла, оставив Манилло одного лежать с открытыми глазами на свежем белье снежной белизны.
Читать полностью
«Это случилось давным-давно, как и полагается хорошей истории. В те времена, когда Николас еще не пришел к нам, а старый порядок не отжил своё. Еще можно было найти под мостом пару захудалых троллей, садовые гномы не отлынивали от работы, просиживая сиднем день-деньской, а делали вид, что работали. Дети ходили между сёлами, распевая гимны Рождеству. И Крампус вел свои дела среди нас. Не проходило года, чтобы он не уходил с полным мешком детишек. Считалось, что этим детям не везет настолько, что они попадают прямиком на рождественский стол семьи Крампуса, кто в запеченном виде, кто в кляре. Другие говорили, что после мешка дети не помнят, кто они и откуда, и не знают дороги назад. Каждый верил, кто во что горазд.

Тот год не был исключением, и Крампус не мог обделить вниманием две деревушки у подножья северных гор. Жители этих деревень не то, что не верили в него, просто как-то перестали бояться. Ему такое положение вещей понравиться не могло, и он решил напомнить о себе в этом году. По старой традиции, дети из одной деревни шли навстречу детям из другой, а на середине пути, возле старого камня, происходила ежегодная снежная битва. Проигравших не было, в конце все весело пели гимны и возвращались к своим семьям на праздничный ужин. Некоторые с небольшими синяками, но это были мелочи, которые не пугали никого. Взрослые, конечно, потом мерились, у кого больше синяков, и сами подводили итоги, но на то они и взрослые.

Крампус решил, что устроить засаду у камня будет самой лучше стратегией. И место древнее, и камень ему знаком, сам когда-то его ставил. Сказано – сделано. Еще затемно, накануне ночи колядок, он облюбовал старую медвежью берлогу для своего лежбища, куда притащил свой неизменный мешок и сверток одеял, чтобы не мерзнуть в ожидании. Но, видимо, слишком комфортно ему стало в своем лежбище, суд да дело – сморило рогатого. А когда он проснулся, снаружи, над ним, уже кипела баталия. Воины обходили противника с флангов, забрасывая их градом снежных снарядов, трубили боевые рожки. Всё было серьезней некуда. С перепугу ли, от жадности, Крампус и решил, что выскакивать надо, да хватать, кого сможет. С ревом, поднимая снежные взрывы до верхушек деревьев, он выскочил из своего убежища и ринулся на детей. Да только не рассчитал он расстояния, и все бросились наутёк, только одна маленькая девочка осталась стоять и смотреть на дивного зверя-человека с рогами. Крампус, озадаченный таким поведением, медленно подошел к девочке.

- Отчего ты не бежишь, дитя? – скрипуче затрещал он.
- От чего мне бежать? Ты красивый и совсем не страшный.
- Я? Ты ошибаешься, дитя.
- Можно погладить тебя?

Крампус был очень смущен. Такого с ним не случалось никогда, и, почему-то, он очень сожалел об этом. Внезапно ему захотелось, чтобы маленькие руки девочки прошлись по его шкуре.

- Хорошо дитя. Если ты не боишься.
- Вовсе я тебя не боюсь. Ты же хороший.

С этими словами она подошла к нему, а Крампус лёг прямо на снег, чтобы девочке было легче гладить его. Они потеряли счет времени. Она – потому что никогда не видела такого красивого зверя, он – потому что никогда не встречал такое теплое сердце. И, когда из-за холмов по сторонам от камня стали раздаваться крики селян, Крампус и девочка не сразу заметили их. А когда заметили, было уже слишком поздно для них обоих».
Читать полностью
… Почему именно Манилло так любил закрывать глаза, не знали ни Бабуля, ни он сам, но даже если бы узнали, это ничего не изменило. Вот и сейчас мальчуган лежал в своей кровати на свежем белье, слегка поглаживая волны белой ткани возле рук. Почти как бабушкин фартук, и, всё-таки, нежнее, словно простыня знала, что ей задача – помочь уснуть одному любознательному мальчику, и потому смягчала свой нрав.

- Не спишь?

Манилло промолчал, как того и требовал обряд. Бабуля, выполняя свою половину ритуала, прошла по комнате, расставляя ватагу игрушек в одной ей ведомом порядке.

- Ну, раз уж ты спишь, тогда я расскажу одну историю, хм, скажем, вот этой плюшевой ламе.
- Энрике.
- … ламе по имени Энрике. Только слушай внимательно, дорогой Энрике, история того стоит.
- …
- Раз уж ты спрашиваешь, то скажу. История про Крампуса.
Читать полностью
- Манилло! Маленький проказник. Манилло! Домой!

Бабушкин зычный голос рокотал так, что с некоторых веток посыпался снег. Манилло очень не хотелось уходить от толстого стекла, заменявшего муравейнику стену, которую он поставил еще летом. Но речи о задержке быть не могло: Бабуля всегда умела быть убедительной, а спорить с ней было себе дороже. Нет, Манилло любил ее, но при мысли о непослушании все внутри мальчугана переворачивалось и старалось забиться в самые незаметные уголки, коих в нем было довольно мало.

Бросив последний взгляд на зимнюю жизнь муравьев, мальчуган присыпал стекло снегом, чтобы муравейник не выморозило за ночь, и побежал домой. Он нарочно бежал с закрытыми глазами, доверяя своим ногам и тропе под ними. У муравьев были свои вечерние и утренние обряды, у Манилло с Бабулей – свои. Закрыв глаза, Манилло видел их вечерний обряд до последних мелочей. Белый, снежной чистоты фартук Бабули буквально хрустит на сгибах, пока она накрывает на стол. Манилло аккуратно закрывает за собой дверь на чугунную задвижку и едва дышит, подсматривая за Бабулей. Не оборачиваясь, она спокойно говорит, что перед ужином следует мыть руки, и тихонько улыбается себе под нос. Этот трюк в который раз восхищает мальчугана. Он послушно моет руки и идет к столу. Свежее масло, подкопченный сыр, мед, душистый хлеб и, конечно же, чай с морошкой. Какой вечерний обряд без чая с морошкой? Потом они с Бабулей садятся за стол, она с такой же спокойной улыбкой спрашивает, как дела у муравьев, а Манилло с набитым ртом начинает рассказывать про их медленные зимние танцы под стеклом, на что Бабуля отвечает укоризненным взглядом. «Сначала прожуй, мой дорогой, потом говори».

Манилло улыбается, всё так же не открывая глаз. Все будет именно так, это обряд, это должно произойти. Вот и последний поворот, под каблуками застучали тщательно выметенные камни дорожки. Пять, шесть, десять, семнадцать шагов до двери, потопать ногами, ведь Бабуля не любит снег дома. Дверная ручка черного чугуна холодит руку. Медленно, медленно и тихо. Теперь задвижка. Поворот и робкий взгляд в столовую.

- Перед ужином следует помыть руки, молодой человек.
- Хорошо, Бабуля.
Читать полностью