Logos Archon

Постов пока нет потому что занят ирл и присутствуют проблемы с интернетом, плюс в свободное время пока больше пишу книгу, чем очерки для постов в блокноте.

Дропну вот в качестве прикормки вырванный из контекста фрагмет одной из глав, потому что могу:

... часто принято говорить, что власть развращает человека, и что абсолютная власть развращает абсотно. И в этом, безусловно, присутствует истина – но лишь одна её половина. Обычно, когда говорят, что власть развратила кого-то – под этим почти всегда подразумевают нечто вроде: "он стал высокомерным", "он перестал считаться с людьми", "он возомнил о себе многое". Но разве это главное? Разве это причина? Или всё же это лишь следствие, симптомы болезни, которую никто не хочет называть по имени?

Да, власть даёт возможности, которые редко кто умеет нести достойно, она освобождает от сдерживающих механизмов, и тёмная сторона личности получает простор для манёвра. Безусловно – всё это так и есть. Но я глубоко убеждён, что самое страшное в обладании властью – это вовсе не эти открывающиеся соблазны, точнее, не одни лишь они.

Пожалуй, самое страшное – это то, что власть заставляет имеющего её видеть людей без прикрас. И люди те, в большинстве своём за редкими исключениями – увы, вынужден я это констатировать с холодной головой и с опорой на собственный, достаточно обширный опыт управления множеством самых разных людей, которых я не выбирал сам – до неприличия часто оказываются бестолковы, лживы, глупы и невежественны. И то не моральный приговор, то – просто данность, такая же, как то, что вода мокра, а камни твёрды. И когда ты, оказавшись у власти, начинаешь отвечать за результат – ты неизбежно вступаешь в плотный, каждодневный контакт с этой данностью, сталкиваешься с бесконечным потоком проблем, порождённых не злым умыслом – а именно что той людской бестолковостью, лживостью, глупостью и невежеством. И от того никак нельзя скрыться, нельзя просто закрыть глаза – но нельзя не потому, что это невозможно, а потому, что ты не можешь себе этого позволить когда несёшь на себе груз ответственности, не можешь махнуть рукой, потому что последствия лягут и на тебя. И потому неизбежно начинаешь видеть.

И это вот ежедневное, принудительное, лишённое иллюзий видение – оно и есть то, о чём молчат, когда говорят о развращающей силе власти те, кто никогда в своих руках не держал той власти, порой даже власти над собой, кто тешит себя тем, что мнят себя морально чище и нравственнее начальника, мнят, будто на одном лишь том висит вина за то, что он развратился своей властью, будто то нечто обособленное от них. Но нет, правда в том, что своё участие в этом развращении принимает и сам простой подчинённый человек. Потому что власть развращает начальника не одними только лишь соблазнами, как думают никогда её не имевшие люди – власть развращает и знанием о том, каков человек бывает на самом деле, когда он не притворяется, не старается произвести впечатление, не втирается в доверие – а просто решает свою маленькую, часто даже бестолковую задачу, и умудряется при том порождать большую бестолковую проблему, которую носителю власти и надлежит расхлёбывать.

И тогда в душе начальствующей, если начальник не бесчувственный истукан, далеко не сразу и не вдруг, но начинает прорастать нечто тёмное. Сначала пытается он объяснять, потом – научить, затем – требовать, но проходят годы, и приносят они понимание того, что ни объяснения, ни учёба, ни требования – не меняют сути, что всё остаётся как было. Маленький подчинённый человек не озабочен ничем, кроме своих маленьких примитивных желаний, в числе которых лежат: нежелание запоминать объяснения, нежеление учиться, и нежелание соответствовать требованиям того же положения, на котором он находится. И потому, если ты не хладнокровная лишённая всяких чувств рептилия – в тебе со временем прорастает озлобление, а следом за ним и презрение.

И это есть чистая правда, которую я не вижу смысла приукрашивать. Презрение к подчинённым и инструментальное к ним отношение – очень частый удел большинства получивших власть, и далеко не всегда то происходит потому, что они сами по себе плохие люди изначально. Но сама конструкция власти, сама её суть ставит в позицию, где ты вынужден постоянно наблюдать за тем, как люди, от которых зависит твой результат, совершают одну и ту же глупость, при том даже не со злобы и желания борьбы против тебя за отстаивание своей самости, своего "sum, ergo licet" – а просто от врождённой, неустранимой ограниченности своего восприятия.

И тогда возникает парадокс, который мучает всякого честного и добропорядочного по своей натуре руководителя, если он не скатился окончательно в тупое начальственное самодовольство, или напротив, в спасительное равнодушие: нельзя перестать видеть, нельзя забыть, нельзя сделать вид, что все приданные тебе люди – умные, честные, добрые и талантливые, если ты знаешь, что это неправда. Но ты также не можешь позволить себе эту правду – потому что если ты начнёшь относиться к подчинённым как к бестолковым, лживым и невежественным – то и сам постепенно превратишься в монстра, который ничем не лучше.

И вот тогда-то и наступает тягостный момент выбора.

Можно позволить себе стать циником и управлять холодно, расчётливо, не питая иллюзий, принимая глупость и лживость как частую неизбежную данность, одну из переменных в уравнении. И ты, возможно, даже достигнешь результата, но за это потеряешь нечто в себе: способность верить в людей, способность испытывать к ним искреннюю симпатию. Некоторое презрение и взгляд, при котором люди превращаются в функции – становятся практически неизбеженостью, потому как такой подчинённый – это не "недоразвитый начальник", а вовсе другая сущность, чуждая начальственной природе.

Или можно попытаться сохранить в себе веру в человека. Тогда ты будешь постоянно разбиваться о ту самую стену, о которой я уже говорил, когда речь шла о пропасти в разнице восприятия, будешь ты из раза в раз объяснять и так очевидное, учить и так понятному, надеяться на положительный результат – и каждый раз терпеть крушение. И это будет истощать гораздо быстрее, чем любая иная работа, ведь эта работа будет вестись против самой природы, и ты, скорее всего, попросту бесцельно перегоришь.

Я выбрал для себя путь, который, как мне кажется, единственно возможен для мыслящего человека в таком положении, коли он хочет сохранить себя неизменным: перестать ввязываться. Если есть выбор – я не стал бы брать власть над людьми, и не стал бы идти под чью-то власть сам, предпочитая быть самому эффективным приглашённым специалистом, а не начальником или подчинённым. Я предпочитаю решать задачи, где требуются мои собственные навыки и мой ум, а не моя способность подавлять в себе естественное отвращение к человеческой бестолковости чтобы управлять, или подчиняться начальнику, что и сам может быть бестолковым ничуть не менее.

И если уж кто-то всё же решается взять на себя бремя власти – не стоит питать иллюзий, что подчинённые станут от ваших слов умнее или честнее, не надейтесь, что вы будете тем редким исключением, кого власть никак не испортит. Власть испортит вас ровно настолько, насколько вы позволите ей показать вам правду о людях в вашем подчинении. И если вы не готовы принять ту правду – не стоит вставать на этот путь. Потому что неизбежное озлобление и презрение будут съедать вас изнутри, и станете вы тем, кого когда-то сами же и презирали.

И если всё же встаёт человек на этот путь, и есть у него выбор – выбирать и отбирать всякого подчинённого стоит лично, не полагаясь на то, что кто-то сделает то хорошо за тебя, отфильтрует или предоставит тебе качественного подчинённого. Если же выбора нет – а особенно это актуально в делах и организациях государственных – стоит помнить: вы идёте на войну, и враг ваш – не сами подчинённые, а та реальность, которую они вам собой демонстрируют. Не дайте этой реальности съесть вас, не дайте себе стать тем, кто, овладев властью, искренне верит, что это он теперь хозяин положения. Чаще всего, хозяева положения – те самые люди, чьи пороки и недостатки вы вынуждены наблюдать каждый день, потому как они, сами того не ведая, творят над вами свою собственную, незаметную и вместе с тем омерзительно жестокую власть.

Бывает в жизни такая хуйня, не знаю, как это зовётся по-научному, но я зову это "ЭПИЗОД С МУХОЙ".

Заключается он вот в чём: вот есть я. Человек. Венец Творения и всё такое. Представитель вида, покорившего планету, вставшего над пищевой цепью, запускающего всякие железяки в космос и так дале. И даже среди своего вида, я пусть и не самый пиздатый тип в истории, и уступаю многим – но и во многом выдаюсь среди прочих.

А есть муха ебаная. И ей просто похуй, она летает вокруг меня, садится мне на волосы, лезет мне в глаза и нос, жужжит пролетая мимо уха. Одним словом – противно, блядь. Погань.

И ничто не поможет её прогнать насовсем – даже прямые попытки её убить лишь временно отпугивают её, вынуждая отлететь, после чего она возвращается чтобы вновь попытаться сесть мне на нос потому что я потный из-за работы. Я трачу энергию на то, чтобы донести ей угрозу – а она через три секунды возвращается, потому что её мозг просто не вмещает понятие "последствия".

Это существо настолько жалкое и ограниченное, и я мог бы просто уничтожить её, превратить в пыль, наши массы и прочность несопоставимы. Я мог бы предать её смерти многими способами. Но ей просто похуй, она слишком тупа, чтобы осознать угрозу в полной мере, реагируя только при непосредственных движениях рядом с ней. Её тупость временно обращается в суперсилу, нацеленную только на то, чтобы меня заебать. Она взаимодействует не с "Венцом Творения", а просто с биологическим объектом, который выделяет пот и углекислый газ. Для неё я – просто огромная масса потенциальной еды. Ей плевать на мой интеллект, на мою физическую форму и арсенал средств её умерщвления, потому что весь её мир – это хеморецепторы и ветер, ничто более не умещается в её крошечный мозг.

Кончается это всегда одинаково: я беру шлёпанец, тряпку или полотенце, и обращаю эту хуйню в ничто, экстерминирую её так, что даже её мушиним Богам остаётся нечего принять по ту сторону. И пусть для меня это просто трата калорий и времени на существо, чья жизнь ничего не стоит – но ведь и игнорировать не получится, бесит. Невозможно спокойно терпеть объект, который настолько нагло игнорирует иерархию, не понимая даже при том своей наглости в силу ограниченности. И смерть для неё тут ведь по сути наказание не за какой-то реальный ущерб – а просто за неуважение к статусу, которого она даже не способна осознать.

А могла бы просто улететь и жить, доёбывать кошек каких-нибудь или коров. Вот и стоил ли такой конец того, чтобы доёбывать меня?

И вот такие эпизоды мне очень напоминают взаимодействия между некоторыми людьми 🙂

Купил черепаху и назвал его хлов,
Теперь друзья постоянно говорят "как там черепаха хлов?"

Время от времени попадаются на глаза всякие видео и текста про так называемые "борьбу с системой" или "выход из системы".

Подразумевается под "системой" там обычно комплексное понятие, состоящее одновременно из:
1. Государства.
2. Рыночной экономики.
3. Социальных взаимоотношений.

Для удобства в дальнейшем под этим словом это и буду подразумевать.

Так вот... быть против системы всерьёз, прям "бороться" – занятие крайне нереалистичное, бесперспективно смешное. Звучит как "война говна против жопы", лул 🤣

Стремиться же "выйти из неё" – довольно хлопотно и напряжно, да и не стоит того. Вне системы ничего такого нет, а если человеку при "выходе из неё" кажется, что там что-то есть – значит, он всё ещё в какой-то системе. Вышедшее из жопы говно уж точно не попадает в какой-то "лучший мир" – оно просто променивает кишечник на водопроводные трубы или отстойную яму. И даже в гордом одиночестве под кустом папоротника, одинокий кусок говна рискует просто засохнуть и быть съеденным бродячей собакой.

Система – это не тюрьма, а всего лишь среда обитания, вне которой есть лишь вакуум, где нет ни кислорода (социальных связей), ни движения (экономики), а значит, нет и жизни. Тот, кто "вышел" – либо "умирает" как ЧЕЛОВЕК (уход в дикий аскетизм, одинокое отшельничество), либо же на деле никуда не вышел и просто создает вокруг себя микромир, новую систему.

Создание же таких ситуаций, в которых система вынуждена как-то реагировать и человека наказывать – вообще не означает борьбу с ней или выход из неё. Система просто наказывает за инаковость и всё. Или пожалуй даже не за саму инаковость как таковую – а за бесполезную инаковость. Если же человека наказывают, но при этом он продолжает приносить пользу и что-то за эту пользу от системы получать – это наказание можно считать формальной компенсацией за наносимый системе дискомфорт, платой за "расширенный уровень доступа". Плата за тариф "индивидуальный", так сказать.

Для самого же человека, создание ситуаций, в которых система вынуждена будет человека наказывать – допустимо в том случае, если получаемая при этом выгода превышает издержки от наказания.

Система будет готова терпеть неудобного, раздражающего её человека, если он как-либо важен для ее работы где-то ещё, пусть если и двигаться он будет в своем ритме. Она будет готова терпеть хаос в одном месте, если этот хаос создаёт порядок в десятках других. Обзову это "Незаменимая эксцентричность". То есть, чтобы система приняла неудобного человека на его правилах – его ценность для неё должна перевешивать дискомфорт от его "инаковости".

Но такая "интеграция без потери себя" для самого человека будет довольно утомительна, всегда будет требовать от него постоянного внимания, и во многом врождённых качеств вроде силы воли и особенностей реакций нервной системы. Личному правилу такого человека стоит звучать не просто как "я так хочу", а "я так могу, а никто другой – нет". И ему стоит всегда помнить: как только он перестанет приносить системе пользу, или начнёт приносить ей пользы меньше, чем вреда – она раздавит его без сожаления, что вы можете видеть на примере многих известных людей, низвергнутых ей.

И подобная личная стратегия работоспособна только при одном условии: человек постоянно должен доказывать, что его "правила" в отношение его, для системы будут полезнее, чем те, что в ней общеприняты. Как только система догонит его по компетенции и его уникальность исчезнет – его сразу же попросят играть по общему уставу. Важно не конфликтовать ради конфликта, ведь победы быть не может – важно быть встроенным, но постоянно находясь на шаг впереди.

И именно поэтому те, кто на это способны – всегда будут иметь преимущества и привелегии, всегда будут иметь большее благосостояние, признание, внимание. За свои уникальность и взятый на себя риск. И всё это они могут одномоментно потерять, поэтому такое бытие очень сильно не для всех, для этого нужно иметь особый склад личности.

И это абсолютно нельзя масштабировать.

Когда человек создаёт вокруг себя команду таких же "эксцентриков", как только вокруг него формируется "школа" или "движение" – его эксцентричность перестаёт быть лично его, превращаясь в шаблон, новую субкультуру внутри системы.

И абсолютно противопоказано создавать и становиться лидером такой субкультуры, которая противопоставляет себя системе, такое действие будет просто самоубийством. Никакая система не терпит конкурирующих шаблонов в своём теле, и либо ассимилирует их – либо начинает активно бороться с этой субкультурой, что может быть куда опаснее, чем то наказание, которое ждало бы человека будь он такой один.

И если человек всё же таковую субкультуру невольно создал по глупости самих нежеланных последователей – ему всегда стоит быть готовым к тому, чтобы успеть соскочить, откреститься от неё. Гангрена незванных подражателей должна быть отсечена, даже если для них это выглядит как предательство, пусть даже если многие сочтут это трусостью.

Потому такой человек обречён на вечное одиночество. Он не может довериться основной системе (она хотела бы его переварить), не может довериться команде (она станет сектой и навлечёт беду) и не может остановиться (потому что потеряет актуальность и положение). Такой типа сёрфер, который держится на гребне волны, зная, что эта волна однажды схлопнется. Как и сказал – это очень не для всех.

И результат несоблюдения этих истин можно наблюдать например на примере какого-нибудь Маркаряна, который "СОВЕРШЕННО ВНЕЗАПНО, КАК ЖЕ ТАК" вдруг оказался за решёткой. Бывает 🤷‍♂

Пост не о нём был, ес что.
Просто о самом явлении.

Ну и "Бойцовский клуб" по смыслу находится где-то тут же – ГГ с внутренним Тайлером Дёрденом никуда на деле не вышел и просто бомжевал, паразитируя на внешней системе и создавая внутри свою локальную иерархичную систему отрицания системы, лол.

Демократия – это мета-религия Запада.

Речь не об устройстве как таковом, а о его народовосприятии, то есть о том, как народ себя переживает внутри этой системы

Как и любая религия, демократия базируется на догматах ("власть от народа"), священных текстах (конституции), обрядах (выборы), и даже имеет "инквизицию" (санкции и бомбардировки за "отклонение").

В большинстве массовых религий паства верит в Бога, которого никто никогда видит. При демократии народ верит в самого себя, что его голос – это часть некоего коллективного "суверена". Какой-то поехавший нарциссизм масс, который западная культура культивирует хуй знает сколько уже, как до этого культивировала христианство. Забавно, что США одновременно и "оплот демократии", и "оплот веры" (около 70% жителей США называют себя верующими). Такие вот молодцы.

Человеку кидают подачкой иллюзию контроля над своей жизнью раз в 4-5 лет, и он тыкает в бланке за кандидата "на выбор", чувствуя себя при том причастным к величию чего-то большего, чем он сам по себе – а он и доволен. Ну и стоит это намного дешевле, чем "раздача хлеба" или армия полицейских (но последняя на всякий случай у демократов тоже есть, хехе 🙂).

Психологический же эффект от возможности вообще "выбирать" заставляет людей терпеть любое говно, даже когда они понимают, что с выборами было "что-то не так" (с ними всегда и везде "что-то не так", вон у диджея Трумпа в 2016 даже что-то не прокатило). Генитально. Ой, то есть гениально.

В религии, если случилась засуха – вы молитесь и смиряетесь с волей божьей. При демократическом восприятии, если случилась засуха – вы идёте потом на выборы и с чувством выполненного долга ставите галочку оппозиционеру. "Сделали всё, что могли". Дальше можно уже относительно спокойно наблюдать за засухой с чувством праведного гнева к власти, лул.

Но при том, демократия – это не какая-то там западная местечковая лоховская религия только для своих. В христианстве была идея extra ecclesiam nulla salus (вне церкви нет спасения). В демократии – extra democratiam nulla securitas (вне демократии нет безопасности). Демократия – это ебейшая франшиза. И продают США и ЕС не "свободу" как таковую, а идею доступа к своему финансовому пулу и защите, принимая в оплату за это только золото (обычное, чёрное, или людское).

А если папуасы или какие-то лидеры отказывается причислять себя к этой конфессии – их убивают/свергают, но по сути не за "нарушение прав человека" (на это всем в целом похуй на самом деле), а потому что они причастностью к религии не вышли.

Страны, которые перестают быть демократическими сателлитами – тут же объявляются "неверными", и в них проводится "наказание грешников". Выглядит это как вапоризация Югославии бимбами, или улетающий в США на вертолёте с повязкой на глазах весельчак Мадуро. Без демократического "крещения" (проведения выборов под "наблюдением престола") – власть "пуста" в юридическом поле, и потому её можно бомбить, не нарушая "мировой порядок". Если же власть сопротивляется, её объявляют "одержимой бесом" (авторитаризмом). Сербия, Венгрия, Турция, Россия, Иран – грешны не в том, что они "плохо управляют", а в том, что они нарушают литургию, правильный порядок проведения обряда ( и "правильный порядок" тут – это подконтрольный известно кому 🇺🇸). Ересь заключается в отказе от ритуала, даже если итог ритуала (коррупция самих США/ЕС) ничем по сути не лучше.

Сначала церковь объявляет тебя вне закона и лишает сакрального статуса, "предаёт анафеме" (объявляет выборы нечестными и твою власть нелегитимной), и после этого "светский меч" имеет право рубить. Без этого ритуала бомбардировки были бы просто бандитизмом, а вот с ним – уже "благочестивое спасение душ". А своих "пап" инквизиция за "ересь" почти не судит (можно, но сначала надо "от церкви отлучить", выписать из демократов. Посмотрим потом на Трампа после конца срока, там смешно будет, это же типа как если бы Папу Римского от церкви отлучили, ахах).

И как в коммунизме или любых прочих агрессивных религиях никто никогда не видел "настоящего cumмунизма", "рая", "вальгаллы", или чего прочего – так никто никогда не видел и настоящей прямой демократии (Афины не в счет, там рабы не голосовали, и право было у 10-15% населения). Это всегда было просто копиумом для народа, менеджментом.

Демократия – это пожалуй религия даже не народа (в плане владения, а не причастности), а самих элит, меньшинства, которое управляет процессом. Народ в ней – это просто "церковный хор", а истинные "жрецы" – это медиа-корпы и политтехнологи. Именно они формируют "волеизъявление".

"Плохо" ли это всё? Разумеется, нет. Это в целом полезный и удобный механизм, большинству людей нужна вера, иначе они становятся неуправляемыми долбоёбами. Ну и ещё это полезный индикатор чтобы понять, насколько твой элитный оппонент представляет опасность и насколько ты рискуешь, что он на тебя крестьян с вилами натравит.

Поэтому демократию в стране в определённой степени однозначно стоит иметь. Но очевидно, что не под западным наблюдением и контролем, и воспринимать её человеку разумному стоит не как "божественное чудо" – а именно как нечто техническое, как важную для власти метрику.

Ну а ещё у нас во всём мире наметился новый "кризис веры". Демократия – религия отживающая своё, потому что её жрецы (СМИ) потеряли монополию на истину с приходом соцсетей, а её "инквизиция" (санкции, авианосцы) перестала быть эффективной против крупных игроков. Так что все внезапно "прозревают", и сакральность от демократии стала как-то потихоньку отшелушиваться.

Кидать горсть земли на крышку гроба конечно пока рано, религии умирают долго. Да и можно наверное считать, что это скорее трансформация, переход от католической версии веры (с единым папой и догматами) к протестантской (где каждый сам решает, что ему по кайфу), или типа того.

А раздражение от этого поста я обьявляю злостью веруна, почувствовавшего нападку на его религию 😉

Выборы, выборы, кандидаты... уважаемые люди. Иногда даже новые. Респект таким ребятам. Закусил яблочком, хрум-хрум, блядь.

Ладно, вопрос вообще не в том, есть ли в стране "настоящие выборы" – разумеется, их нет, мы что, дикари какие-то? Лол. Ну у какой адекватной развитой страны вообще могут быть свободные выборы? Не смешите 🤣

Вопрос в том, есть ли в стране внутренняя политическая конкуренция. Организация всеобщих голосований – это всего лишь одна из форм, в которую эту конкуренцию можно удобно упаковывать. Не самая "священная", не единственно возможная.

При оценке власти стоит исходить из того, что все люди, её страждущие и в неё приходящие – по умолчанию будут "плохими" в моральном смысле. Ноблесс облидж, ёпта. Положение обязывает, другие там не приживаются. Стремление убрать конкурентов и занять доминирующее положение – это норма, тупо база. Стремление сохранять честную конкуренцию ради самой честной конкуренции – это какая-то шизовая девиация, извращение, на такое пойдёт только больной на голову человек, которого свои же удавят.

Возможность власти вообще иметь или не иметь внутренних политических конкурентов – во многом зависит от силы внешнего давления и наличных ресурсов, которыми можно распоряжаться. Если элиты страны находятся под серьёзным внешним прессом от элит заморских, а ресурсы по тем или иным причинам ограничены (бедность земли, санкции) – начинает работать жёсткий отбор, потому что ресурсы надо экономить на внутренних разборках и максимизировать на внешнем контуре. Становится просто неизбежной консолидация власти с рейтингом одобрения под 80+ процентов и "победами с отрывом".

Внешние конкуренты, естественно, делают всё возможное, чтобы эту консолидацию разъебать, потому что им выгодно когда единства в стране нет – так проще продвигать в ней СВОИ интересы. Отсюда и проистекает внезапная "трогательная забота" некоторых правительств (не будем пальцем показывать 🇺🇸) о "спасении демократии" в чужих странах.

Когда же доступных ресурсов много, и нет давления от внешнего врага – элиты могут позволить себе вцепиться друг другу в глотки, т.е. конкуренцию (и даже что-то решающие выборы).

Получается простая схема: чтобы внутри появилась настоящая политическая конкуренция – внешнюю конкуренцию необходимо существенно уменьшить.

Чаще всего такое происходит когда страна проигрывает во внешней борьбе и оказывается в зависимом положении (читай – СССР 26.12.1991). Элиты больше не думают о своём внешнем контуре – ПОТОМУ ЧТО ЕГО УЖЕ И НЕТ, фить-хахахаха. Остаётся только грызться за ту власть, влияние и ресурсы, которые ещё остались внутри. Конкуренция расцветает как ландыши на говне, вся страна хлебнуть успела производных от той конкуренции.

Но ненадолго. Эта конкуренция зачастую достаточно быстро устраняется самим гегемоном, победившим в политической борьбе, потому что он просто проведёт работу по поддержке и продвижению представляющих его интересы людей. США так власть в ЕС прибрали, продвигая своих ставленников, от которых ВСЁ население ЕС плюётся, у которых рейтинги поддержки микропенисные – но они при том стоят на своих постах. Потому что гегемону так выгодно. Проще платить лоббистам в Брюсселе и косвенно влиять на выборы, чем вводить войска или прямым приказом смещать премьера (как это делали в Латинской Америке 50 лет назад). Это дешевле. То есть, демократия для гегемона – это инструмент дешевого контроля.

То же происходило и с Россией, да только вот Путин вовремя влез и съел всю малину сам. Это на самом деле нихуя себе яйца и заряженность надо было иметь. Не люблю его много за что (за выстроенную им систему бесполезных дармоедов, за нерешительное затягивание конфликтной ситуации в угоду бизнесов экспортёров, за мягкость в отношение своих косячников потому что они "свои") – но волю и способности мужик определённо в своё время имел некислые.

Намного реже внешняя конкуренция исчезает от большого успеха, когда всех геополитических соперников придавило настолько, что внешнее давление на время падает. Примерно это произошло с США после Холодной войны. Наступает не раскол элит из-за "приза внутри" как таковой, а борьба за распределение ренты от победы. Но эта драка нихуя не становится "честнее" в моральном смысле – напротив, она становится куда коррупционнее, но для маскировки и меньшей кровавости обрастает внутренней бюрократией и "правилами поведения". Которые в один момент рушатся, что мы ещё вероятно увидим.

Сама "демократичность" этой борьбы – хуйня вторичная. Это просто удобная обёртка. Реальная заруба происходит вообще не у голосовальных урн, эти урны – это всего лишь ритуал, вроде тех, которые "дождь призывают". Настоящая работа идёт раньше: кто лучше распорядится деньгами, медийкой, силовым ресурсом, технологиями, академической и социальной инфраструктурой, судами, трактовками законов. Голосование и его результаты – это всего лишь цивилизованный способ элит проверить, у кого этих ресурсов на момент времени оказалось больше.

Куда удобнее, чем какой-нибудь танцевальный конкурс или уличные разборки кланов с чвк.

И если уж мы говорим о выборах в Думу, не стоит забывать: это есть не что иное, как такой соцопрос, в котором варианты возможных ответов будут определены наиболее доминирующим представителем власти. Доминирующим не по голосам, конечно же, а по реальным возможностям. Это не значит, что голосование совсем лишено смысла, потому что внутри, между собой, элиты так лучше понимают "за кем сила". Голосованием фиксируется тот баланс сил, который сложился ДО дня голосования. Своего рода техническое решение проблемы транзакционных издержек: проще посчитать голоса, чем считать трупы. И вложенные в кого-то голоса его как бы "раскрывают" (если там было чем раскрыться), из-за чего он может ловчее и смелее оппоненту "втащить" (жаль, не буквально). Но без гарантий. И если тот, кто верховодит хороводом, не хочет кого-то видеть вообще в участниках ритуала – его там не будет. Пока, яблочко, скучать особо не будем.

А то, что "политики дурят народ" – претензия странная. Любой человек при желании может разобраться в логике политического процесса, для этого не требуется гениальности – только желание и время. Но люди редко готовы что-то там разбирать, оставаясь в удобных иллюзиях про "выборы". Иногда даже с ума сходят и начинают со всякими плакатами бегать))0)0 🤣

Политические субъекты (власть имущие) этим, естественно, пользуются. Если бы объекты (массы) реально разбирались – возможно, спрос на демократические ритуалы вообще бы исчез, или сильно видоизменился.

Что же до "честных" выборов...

Если на страну есть сильное внешнее давление – в ней не будет честных выборов из-за консолидации для сопротивления.

Если на страну нет давления потому что она под гегемоном – в ней не будет честных выборов потому что власть будет назначать сам внешний гегемон.

Единственное, что возможно – это внутренняя конкуренция между самими элитами, и там уже можно будет слить голос за того, кто больше нравится/меньше не нравится, подкрепляя или пытаясь опровергнуть его легитимность этим голосом. А тот, кто не проходит до выборов вообще – он ЛОХ, он СЛАБЫЙ, у него нет ничего. Как он что-то изменит? Чтобы "всё поменять" – недостаточно просто выиграть выборы. Ну вот выиграл кто-то даже если по голосам – и что? Ну да, ну да, обязательно КАААК ПОМЕНЯЕТ ВСЁ – без медийки, без силовой поддержки, без связей с нужными людьми и доступов к нужным ресурсам, системной поддержки. Обязательно (не наберёт даже 5%) 🙂

И если хочется реальной внутренней политической конкуренции, то единственный работающий способ – это победа во внешней борьбе и доминация на геополитической арене. Только в этом случае конкуренция расцветает достаточно надолго. Но всё равно не навсегда, и мы все ещё увидим, как из-за Китая элиты США соберутся в ебучего мегазорда из павер рейнджерс, превратясь в аналог "Единой России" на базе одной из своих партий (впрочем, такое у них и так уже было).

Добро пожаловать в реальный мир, лол.

Logos, ты не прав! Скажи "Спарта круто" 😡

Чёт вспомнил, как спартанцев попускали как лохов все, кому не лень.

Силами самих спартанцев в своё время, и киношников во время наше, спартанцы в массовом сознании – какие-то дохуя мощные воины, гигачады 100 лвл "со щитом или на щите", идеальная военная машина, образец дисциплины и силы, МОЩЩЩЬ. Но на деле почти во всех серьёзных конфликтах они либо получали пизды, либо едва выкарабкивались, пролетая на тоненького. Единственный их "звёздный час славы" в Фермопилах – был героическим, но вполне обычным военным проёбом.

Да, в том ущелье они два дня держали персов. Но на третий день их просто обошли по горной тропе. Нахуй нужна разведка, дозоры и охрана подступов, если мы тут все такие крутые парни? Тропу местные знали, персидская разведка тоже наверняка работала, но прикрыта она была спустя рукава. Леонид остался с тремя сотнями спартанцев, семью сотнями феспийцев, и ещё кем-то там, и продержался конечно оч круто, но персы после этого спокойно прошли дальше, сожгли Афины, и только потом получили по зубам уже вообще в других местах. Фермопилы стали мощным пропагандистским мифом, а не стратегической победой.

Реально значимым успехом Спарты можно назвать Пелопоннесскую войну, которую она выиграла в первую очередь благодаря персидским деньгам на флот (своего нормального флота и экономики под него у Спарты и близко не было). Но и даже ту Пелопоннесскую войну они выиграли помимо чужих денег ещё и благодаря эпидемии чумы в Афинах. Потом Спарта попыталась стать гегемоном всей Греции – но очень быстро опиздюлилась и всё проебала. В 371 году при Левктрах фиванцы просто размазали в мясо их фалангу, погиб царь, а элитные спартиаты полегли пачками. После этого Спарта потеряла Мессению (свою главную сельхоз базу с рабами-илотами), и экономика Спарты на этом жидко выдристалась в трубу окончательно.

При том, экономика у них и так изначально была уродливой. Хроническая бедность государства, отсутствие нормальной логистики, слабые осадные возможности, невозможность в принципе долго держать армию вдали от дома. Пока война шла рядом, ещё можно было пофлексить, но как только потребовалась долгая кампания – запахло говнецом. Ну и если в начале у Спарты было около восьми тысяч спартиатов, то к моменту Левктр – уже только около тысячи.

После IV века она быстро скатилась до уровня региональной деревни с громким прошлым, которую римляне потом взяли почти без сопротивления.

Спарта – это тупо полис-воздухан, который держался на том, что у спортивных парней в красных плащах была репутация "ОН МОЖЕТ МОЩНО ВЛОМИТЬ", и кто-то был готов им сдаться просто потому что "не бейте, лучше обоссыте". Но по факту эти парни в красных плащах применимы были только для того, чтобы своих рабов в узде держать, которых было раз в шесть больше, чем граждан. Эдакое государство-тюремщик, отлично заточенное под один узкий сценарий и полностью беспомощное, когда условия меняются. Миф о "непобедимых воинах" был очень во многом просто искуственно раздут.

И вот тут уже напрашиваются параллели 🙂

Украина сейчас во многом играет в ту же игру. Огромный ресурс вложен в образ "несокрушимых", "лучшей армии Европы". При этом базовые, ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ вещи: демография, промышленность, способность самостоятельно производить и восполнять материальную часть, устойчивость экономики без постоянных внешних вливаний – выглядят очень сомнительно. И как и у Спарты, у Украины есть сильная зависимость от внешнего спонсора. Тогда Персия давала деньги на флот, сейчас коллективный Запад даёт ПРИМЕРНО НАХУЙ НА ВСЁ. И как только этот поток во время затяжной войны начинал проседать – системные слабости полезли наружу, а пустые установки пэтриот стали грустно простаивать, пропуская любые удары РФ куда той душе угодно.

Кста, ещё в истории Спарты был момент, когда она попыталась перестроиться. Цари Агис и Клеомен III пытались провести реформы, переделить землю и раздать гражданство илотам, чтобы расширить базу, ноо... их убили свои же элиты, не желавшие терять привилегии. В современной Украине мы видим похожую проблему: элиты, которые наживаются на войне, не готовы останавливаться или менять систему, даже если страна гибнет. Им выгоден "миф о стойкости", пока они пилят бабло, вывозят зерно (ой, уже не вывозят, порт-то всё), и получают транши.

Фермопилы у спартанцев стали мощным пропагандистским мифом, хотя стратегически это было поражением, и вот сейчас мы видим похожую картину: отдельные эпизоды вроде разграбленной в Курске "пятёрочки" (лол, достойная перемога) или успешных терактов подаются как "решающие победы духа, враги в ужасе". В то время, как общая картина по ресурсам, кадрам и территории – движется примерно в пизду, и отнюдь не в приятном смысле.

И самое похожее – то, как миф начинает жить своей жизнью и мешает трезво оценивать положение. Спартанцы до талого верили в собственную исключительность, даже когда граждан уже почти не осталось и важные для государства точки отлетали одна за другой. На Украине наблюдается ровно тот же эффект: чем хуже становятся объективные показатели по ключевым государственным параметрам, чем больше отлетает территории – тем громче звучит риторика о непобедимости, непокорности и моральном превосходстве.

Ну и спартанцы воевали за свой полис, а Украина сегодня воюет за возможность вступить в НАТО и ЕС, то есть за чужой геополитический проект, будучи просто расходным инструментом. Спартанцы не получали "транши" от персов, чтобы защищать Персию – они брали деньги, чтобы ЗАВОЕВАТЬ Афины, для борьбы за свою гегемонию. У Украины же тотальная зависимость уже просто чтобы не загнуться, и воевать она вынуждена потому что так европа хочет. Ну и стоит сказать о том, что потом эти же персы, которые давали Спарте денег, эту же Спарту не стеснялись иметь. И ещё они же давали денег Афинам, чтобы ослабить Грецию в целом. Напоминает то, как ЕС и США всё так же ведут дела с РФ, где-то напрямую, а где-то обходя вместе свои же санкции.

История Спарты в итоге закончилась тем, что она превратилась в провинциальный музей собственного прошлого и была спокойно интегрирована более сильным игроком. В этом параллель, конечно, не буквальная, потому что разные эпохи, разные масштабы. Да и боже упаси нам хохлов в себя интегрировать, фу-фу-фу, не надо такого "щастья".

Но логика неизбежного упадка системы, которая поставила слишком много на военный миф и слишком мало на устойчивую основу – узнаваема довольно хорошо. Почти никогда никакая война в истории не выигрывалась только одной армией, и почти всегда она выигрывалась (или проигрывалась) в первую очередь экономикой. Что там с экономикой Украины? Вопрос риторический. Так победят, да (нет).

Спойлер: Фиванцы (читай – Россия) уже идут к Левктрам. Осталось дождаться, когда "спартанцы" в своих (выданных НАТО) красных плащах обдрищутся окончательно. Наступит это, к слову, довольно скоро 🙂

Вообще, в моменте, когда хочется отложить что-то, можно себя спросить: "Если бы на результат мне было в целом похуй, и можно было всё сделать криво-косо, но при том максимально быстро и без права на гордость за этот результат – сколько бы времени это заняло?"

Обычно в большинстве задач там ну по хуйне выходит, от нескольких минут до получаса. А в процессе можно уже и проникнуться делом, начав сразу автоматически проделывать работу не на отъебись, потому что уже ведь начал, впадлу потом переделывать.