Вадим Политиков

Американский суд, бессердечная ты сука, сначала выпустил Шовина под залог. Это тот коп, который стоял коленом на шее у Джорджа Флойда, после чего началось массовое выступление BLM за священный лутинг. Далее, во время этих выступлений, Кайл Риттенхаус уничтожил двух штурмовикков BLM, его сначала обвинили в умышленном убийстве первой степени, но совсем недавно и его тоже выпустили под залог.

Американские суды рушат привычную российскую картину мира, и суровый закон не хочет идти на поводу у толпы и политиков, даже самых главных в стране.

Ну и скажу уже набившую оскомину мантру, что независимый суд - это фундамент процветающего государства. Разделение властей – это один из главных принципов демократии. Только в случае независимости законодательной, исполнительной и судебной ветвей власти друг от друга и их взаимного контроля государственная система может эффективно работать и не допускать появления диктаторов, забирающих все полномочия в свои руки.

Но вернемся к суду, а точнее, к Верховному суду США.

Судьи Верховного суда США назначаются президентом, но служат пожизненно и могут досрочно прекратить свои полномочия лишь в результате импичмента за преступления или добровольной отставки.

Это делает судей независимыми от воли президентов, которые меняются каждые 4-8 лет, в зависимости от количества сроков.

Конечно американские президенты пытаются туда протолкнуть своих, как недавно Трамп выбрал на пост верховного судьи Эми Кони Барретт, которая состояла в Обществе Федералистов, где сплошь консерваторы и либертарианцы. А в 1953 году президент-республиканец Дуайт Эйзенхауэр назначил во главе Верховного суда своего товарища по партии Эрла Уоррена. Эйзенхауэр был уверен в его консервативности, но что-то пошло не так.

Новый председатель Верховного суда оказался большим либералом, чем ожидалось. И его «Суд Уоррена» активно занялся защитой прав и свобод граждан, в том числе и афроамериканцев.
Так, в 1954 году Верховный суд рассматривал дело «Браун против Совета по образованию». Афроамериканец Оливер Браун хотел, чтобы его дочь училась в школе для белых, которая была близко от дома, а не в школе для черных, находившейся далеко. «Суд Уоррена» постановил, что сегрегации не место в сфере образования.

В то время Верховный суд подвергался жесткой критике консерваторов, в особенности на юге США, а президенту Эйзенхауэру приписывают слова о том, что выбор Уоррена на роль председателя был ««его самой идиотской ошибкой за всю жизнь»

Но, пожалуй, самый яркий пример независимости судебной власти от исполнительной в США произошел в 1974 году. В этот знаменательный год против президента-республиканца Ричарда Никсона проводилось расследование в связи с Уотергейтским скандалом. Сам скандал был связан с попыткой установить подслушивающие устройства в штабе Демократической партии в Вашингтоне во время президентской избирательной кампании в 1972 году. А Никсона подозревали в том, что он пытается воспрепятствовать расследованию этого дела.

Президент отказался предоставить прокуратуре записанные в Овальном кабинете пленки, на которых были его разговоры с помощниками, а также приказал уволить прокурора, сделавшего этот запрос. Но Верховный суд в июле 1974 года единогласно вынес решение, что у президента таких привилегий нет, и приказал ему немедленно предоставить пленки следствию.

А когда выяснилось, что на этих самых пленках Никсон обсуждал с главой своей администрации Гарри «Бобом» Холдеманом (также известный как «сын Президента-сволочь»), как бы половчее помешать расследованию с помощью ЦРУ и ФБР, его импичмент был делом решенным. И 9 августа 1974 года Ричард Никсон, оставшись без союзников и поддержки, и под угрозой импичмента, наконец, ушел в отставку. Но без участия Верховного суда, не побоявшегося пойти против президента, этого бы не произошло.

Наткнулся на интересную характеристику от писателя Глеба Успенского конца 19 века на "мелких агентов крупных предприятий", сейчас это, по всей видимости, различные менеджеры по закупкам и продажам и другой офисный планктон.

"Мелкий агент крупных предприятий" и "чернорабочий", появившиеся на Руси одновременно с развитием крупных торгово-промышленных операций, причем первых появились сотни тысяч, а вторых миллионы, совершенно изменили как внешний вид, так и внутренний смысл и вообще весь строй и тон жизни наших сел, деревень и городов, и изменили их не в привлекательном смысле.

В прежнее время куль хлеба, положенный на телегу или в сани в помещичьем имении и отвезенный мужиками в город к купцу, здесь же у купца в амбаре большей частью и заканчивал свою биографию и уже в крайнем случае оказывался, в "Москве.

Помещик, мужик и купец вот все агенты и факторы хлебной торговли в старину мужик пахал, сеял, косил, молотил, возил одним словом, совершал один сотни, таких дел, которые в настоящее время, при расширении хлебной операции совершаются уже сотнями рук.

Теперешний купец не в городе, даже не в Москве, а в Берлине и Лондоне и прежде, чем теперешний куль доберется с базара какой-нибудь станицы до заграничного корабля, он пройдет через сотни рук, получающих средства к жизни только oт прикосновения к нему и имеющих по отношению к этому кулю какую-нибудь мельчайшую специальную обязанность, отнимающую все время и поглощающую всю умственную деятельность.

В настоящее время количество народа, томящегося около куля хлеба на пространстве которое он пройдет от базара до корабля, до такой степени велико и разнообразно, что цена куля, оказавшегося на заграничном пароходе, как высчитали мне знаток, вырастает на пять рублей.

По грошу, по полкопейки, по гривеннику, разбирается массою народа, который живет этими копейками и который за эти копейки и гривенники должен всю жизнь торчать около какой нибудь частички дела, посвящая ему свое внимание.

Общался сегодня с действующим офицером СОБРа. Для тех, кто не знает, это служба, которая в числе прочих тоже будет лупить вас дубинами в случае протестов.

На вопрос о событиях в Беларуси и Украине мне сразу заявили о том, что это проект по уничтожению оставшихся традиционалистских госсистем, финансируемый и режиссируемый Соросом и Гейтсом, призванный свергнуть власть и скупить там все заводы и землю, а так же, навязать гейство и другую различную транссибирскую содомию.

Но не все так плохо, человек этот довольно образован, знаю его давно, после продолжительной переписки пришли к выводу, что хуже будет, если режимы эти останутся у власти, ведь живем мы в фашистском больном государстве, в котором надо уменьшать влияние госструктур.

МВД Беларуси решило применять оружие против протестующих и заявило о радикализации протеста.

По моему мнению, та самая пресловутая радикализация исходит, в первую очередь, от силовиков, так как они имеют монополию на насилие и средства, чтобы его осуществлять. Протестующие же просто адаптируются к новой ситуации, когда твою бабку могут отравить газом на улице, а тебя просто избить у подъезда. На это нужно как-то отвечать.

Вспомним Украинские протесты - именно силовики, избившие студентов и убившие первых протестующих, сразу радикализировали протест, превратив его в священную войну против Беркута.

В Беларуси же в первые дни протеста был убит Тарайковский, я уже не говорю об остальном развернувшемся на на наших глазах театре насилия, этим менты сразу задали высокую планку радикализации.

Кульминацией этого был снайперский огонь по активистам Евромайдана. Лукашенко сейчас судорожно ищет выход из сложившейся ситуации, ездит на встречи в штаб оппозиции в СИЗО. Стрельба по мирным гражданам может стать одним из вариантов его решений.