Парк в этот час был пустынен. Только ветер шелестел пожухлой листвой, да где-то вдалеке слышался смех детей. Деймон сидел на холодной чугунной скамейке, спиной к редкому осеннему солнцу, которое не грело, а лишь слепило. Он вновь пытался пробиться сквозь плотный туман в собственной голове, нащупать хоть что-то твердое, настоящее из детства. Но там была лишь каша из размытых пятен и бессвязных звуков. Школьные годы — словно чужая книга, которую он пролистал, но не прочел. А раннее детство… детство было словно спрятано за матовым стеклом. Иногда он видел тени, угадывал контуры, но стоило попытаться разглядеть вблизи — все расплывалось, ускользало, оставляя лишь чувство тоскливой пустоты.

Чтобы не сойти с ума от этой пустоты, мысли сами собой перенаправлялись в другое, более яркое русло. Образ. Девушка из сна. Она приходила к нему почти каждую ночь, становясь все отчетливее. Чёрные короткие волосы, чуть ниже ушей, с резкой, дерзкой чёлкой, которая падала на лоб. Иногда эти волосы были волнистыми, когда она, как он почему-то знал, ленилась их сушить феном. Ее глаза — яркие, пронзительно-зеленые, как майская листва после дождя. В них читался ум, ирония и какая-то глубокая, затаенная печаль. Пухлые губы, которые в его сновидениях чаще всего были поджаты в серьезной складке, но иногда растягивались в лукавой, чуть кривой улыбке. И это странное притяжение… не физическое даже, а какое-то внутреннее, будто она была маяком в том самом тумане, что заполнял его прошлое.

Деймон с силой потер лицо ладонями, чувствуя, как жесткая щетина царапает кожу. Тяжелый, уставший вздох вырвался из его груди. Он поднял взгляд, позволив глазам расфокусироваться, уставившись в серую даль аллеи.

И тогда он увидел её.

Она шла навстречу, и у Деймона на мгновение перехватило дыхание. Это была та самая девушка. Точь-в-точь. Те же черты лица, те же зеленые глаза, тот же разрез губ. Но волосы… ее волосы были не короткими, а длинными, почти до талии, черными, как смоль, и они струились по плечам, переливаясь на редком свету. Это несоответствие было настолько шокирующим и одновременно притягательным, что у него внутри все оборвалось.

Он подорвался с лавочки одним резким, порывистым движением, даже не осознавая этого. Его тело действовало на автопилоте, ведомое инстинктом, который был сильнее разума. Шаги были быстрыми, целенаправленными. Он сокращал расстояние, не сводя с нее глаз, сканируя каждую деталь: просторное пальто песочного цвета, темные джинсы, потертые кеды. Никакого макияжа. В руках — бумажный стаканчик кофе. Она была реальной. Плотью и кровью.

В двух шагах он остановился, блокируя ей путь. Его лицо, за секунду до этого искаженное внутренней борьбой, стало абсолютно гладким, непроницаемым. Ни тени волнения. Он осмотрел ее с ног до головы — быстрый, оценивающий взгляд профессионала, привыкшего складывать детали в общую картину.

— Здравствуйте, милая леди, — его голос прозвучал низко, бархатисто, с легкой, едва уловимой хрипотцой. В нем не было навязчивости уличного знакомства, лишь холодная, почти вызывающая вежливость. — Не против познакомиться?

🐉
Он медленно, не торопясь, протянул вперед руку. Жест был безупречным — ладонь раскрыта, пальцы вместе, запястье прямо. Джентельменский жест, отточенный до автоматизма, единственное, что осталось от того самого размытого детства, где, как он смутно догадывался, его учили правилам. Он не улыбался. Лишь приподнял одну бровь, создавая выражение спокойного, но настойчивого ожидания. Весь его вид вопрошал: «Положишь ли ты свою руку в мою? Или отвернешься?». В его глазах, таких же темных и холодных, как это осеннее утро, вспыхнула искра какого-то странного, хищного интереса. Это была не только попытка завязать разговор. Это была первая зацепка к разгадке его собственных снов, и он не собирался ее упускать.

#𝐏𝐎𝐒𝐓
#𝐋𝐎𝐕𝐄