И как же чертовски прав будет Альбус и ошибся Теодор, когда уже на седьмом курсе он случайно наткнется на уже знакомую дверь кладовой. Губы тронет тёплая улыбка, вместо хищной ухмылки, которая, казалось, за несколько лет буквально срослась с саркастичным и скептичным слизеринцем.
Все в этом месте останется как прежде, хотя, глупо было даже задумываться об изменениях в каком-то чулане. Отбывание тут пару раз справедливое наказание перманентно отпечаталось на корке детского сознания, но сейчас Тео лишь усмехнулся, в мыслях даже гордясь своему прежнему нахальству даже на ранних годах здесь.
Стеллажи останутся стоять на месте. Окно по-прежнему будет пропускать назойливые лучи солнца, а в холода и знатно продувать в каждую щелку холла. Понакренившиеся парты и стулья все так же скрипят, а исчерканные и утратившие актуальность учебники пожелтеют, отчего разобрать некоторые страницы будет вряд-ли возможно.
Стоя возле этого же окна, высокая фигура слизеринца уже ни за что не сможет сравниться с тем хрупким мальчиком с третьего курса. Голубые глаза будто утратят свою наивность и трепетность, жажду к новым приключениям, пусть и огонек интереса всегда будет гореть в его взгляде. Когда-то лёгкий одеколон теперь уступит по-настоящему мужскому, смешиваясь с запахом выкуренных сигарет. Вечно непослушные каштановые кудри так и будут вихрем лежать на его голове, пусть Нотт и будет совершать пару попыток уладить этот казус на себе же.
И он так и не рискнет.
Так и не рискнет вызвать свой злосчастный патронус за все эти четыре года.
Изначально, он думал, что и вовсе
не сможет. Что создать своего верного защитника можно лишь с помощью счастливых воспоминаний, ведь так и есть. Теодор до последнего будет мириться с тем фактом, что вряд-ли увидит и сможет испытать то ощущение при взгляде на итог первой удачной попытки использования заклинания.
А сейчас, стоя на прежнем месте и уже заканчивая Хогвартс, пусть и на такой тяжёлой ноте, он боялся. Боялся того, что патронус всё-таки будет.
Что он, на самом-то деле, несмотря на попытки отрицать, будет чувствовать что-то, пусть и непонятное и неизвестное ему до конца. Если патронус есть - значит позволил себе ощущать что-то помимо вечного равнодушия ко всему и вся.
И именно поэтому Теодор, скорее всего, никогда так и не попытается. По-крайней мере, пока не будет доказано, что от чувств ещё никто не умирал. Со стопроцентной вероятностью.
#𝐌𝐞𝐦𝐨𝐫𝐢𝐞𝐬
Все в этом месте останется как прежде, хотя, глупо было даже задумываться об изменениях в каком-то чулане. Отбывание тут пару раз справедливое наказание перманентно отпечаталось на корке детского сознания, но сейчас Тео лишь усмехнулся, в мыслях даже гордясь своему прежнему нахальству даже на ранних годах здесь.
Стеллажи останутся стоять на месте. Окно по-прежнему будет пропускать назойливые лучи солнца, а в холода и знатно продувать в каждую щелку холла. Понакренившиеся парты и стулья все так же скрипят, а исчерканные и утратившие актуальность учебники пожелтеют, отчего разобрать некоторые страницы будет вряд-ли возможно.
Стоя возле этого же окна, высокая фигура слизеринца уже ни за что не сможет сравниться с тем хрупким мальчиком с третьего курса. Голубые глаза будто утратят свою наивность и трепетность, жажду к новым приключениям, пусть и огонек интереса всегда будет гореть в его взгляде. Когда-то лёгкий одеколон теперь уступит по-настоящему мужскому, смешиваясь с запахом выкуренных сигарет. Вечно непослушные каштановые кудри так и будут вихрем лежать на его голове, пусть Нотт и будет совершать пару попыток уладить этот казус на себе же.
И он так и не рискнет.
Так и не рискнет вызвать свой злосчастный патронус за все эти четыре года.
Изначально, он думал, что и вовсе
не сможет. Что создать своего верного защитника можно лишь с помощью счастливых воспоминаний, ведь так и есть. Теодор до последнего будет мириться с тем фактом, что вряд-ли увидит и сможет испытать то ощущение при взгляде на итог первой удачной попытки использования заклинания.
А сейчас, стоя на прежнем месте и уже заканчивая Хогвартс, пусть и на такой тяжёлой ноте, он боялся. Боялся того, что патронус всё-таки будет.
Что он, на самом-то деле, несмотря на попытки отрицать, будет чувствовать что-то, пусть и непонятное и неизвестное ему до конца. Если патронус есть - значит позволил себе ощущать что-то помимо вечного равнодушия ко всему и вся.
И именно поэтому Теодор, скорее всего, никогда так и не попытается. По-крайней мере, пока не будет доказано, что от чувств ещё никто не умирал. Со стопроцентной вероятностью.
#𝐌𝐞𝐦𝐨𝐫𝐢𝐞𝐬