ₐₘₐₛᵢᵤₙₛ cf

Амая обожал его. Эта любовь была тихой, всепоглощающей, болезненной. Он ловил каждое его слово, помнил каждую его улыбку, каждую случайную фразу. Мир Такеру вращался вокруг брюнета с глазами лесных шишек, как планета вокруг своей звезды. Сюн же, не подозревая о буре чувств, бушующей в душе друга, складывал это все на дружескую привязанность. Он ценил обладателя огненных волос, доверял ему, делился своими переживаниями, но видел в нем лишь друга, близкого, надежного, но не более.

Не понимал ни ревности, вспыхивающей в глазах Амаи, когда он говорил о подругах-девушках, ни обиды, затаившейся в его молчании после очередного отказа пойти куда-то вдвоем. Такеру же мечтал о большем, о прикосновениях, о поцелуях, о любви, которая никогда не станет взаимной. Он хотел кричать о своих чувствах, но страх быть отвергнутым, потерять даже эту хрупкую дружбу, сковывал его.

И тогда юноша выбрал другой путь. Он начал устранять конкурентов. Каждого, кто проявлял к его хорошему другу хоть каплю внимания, Такеру методично "обрабатывал". Он находил нужные слова, тонко манипулировал, плел интриги, незаметно отравляя отношения Такахаты с другими людьми. Он делал это не из злобы, а из любви, из отчаянного желания остаться единственным близким человеком для неоо, пусть даже ценой обмана и лжи.

Мысли Амаи, словно стервятники, сковывали в черепной коробке лишь одну теорию:

В мире всего два типа людей.

1. Те, кто создают будущее, те, кто берут власть в руки, те, кто «право имеет» переступить через свою совесть, переступить через мораль, на что можно закрыть глаза.

2. «Твари дрожащие», которые учатся послушанию и любят быть послушными.

В чем парадокс? Мы почитаем всех нулями, а единицами себя. Именно поэтому существование этой теории будет идти к массову террору.

Сюн, ничего не подозревая, все больше привязывался к своему лучшему другу. Он не понимал, почему все его отношения рушатся, почему люди, которых он считал друзьями, вдруг отворачиваются от него. Он не видел, как Амаи, с улыбкой на лице, плетет вокруг него паутину своей ненормальной, всепоглощающей любви, заманивая его в ловушку одиночества, где он, будет единственным светом, единственной опорой, единственной любовью. А Такахата, наблюдая за этим, чувствовал, как его сердце разрывается от боли и торжества одновременно.