В довольно шовинистическом по отношению к собакам и собачникам эссе Лавкрафта различие между псом и котом проводится через отождествление с двумя другими парами: «деревенщина и джентльмен», «зависимый раб и самодостаточный господин».
Истинное положение Харитона и других животных-компаньонов далеко от господского, нередко оно сопровождается одержимой заботой и ласковым тисканьем со стороны настоящих хозяев жизни на отдельно взятой жилплощади.
Кажется, что автономность и добровольность контакта в таком случае - исчезающая роскошь. Труд Харитона когда-нибудь освободится и будет больше похоже на общение и игру. Возможно, будь у Харитона право выбрать свой статус в доме человека - он предпочёл бы быть настоящим компаньоном, а не живым фетишем и даже не сыном.
Но для этого, чтобы когда-нибудь это понять с полной уверенностью эмпирического факта, нам стоит уже сейчас относиться к нему как к «самодостаточному существу и микрокосму». Развивая и применяя методы доказательной биосемиотики и зоопсихологии. А может быть кому-то из нас хватит сил воображения и эмпатии увидеть в нашем нечеловеческом компаньоне настоящего друга и товарища в тех случаях, когда он действительно готов вступить с нами в такие отношения. Когда в холодный сезон ещё не дали отопления и мы греем друг друга, когда он утром провожает нас на работу, а вечером встречает нас после неë, когда он приглашает нас поиграть с ним или хочет понюхать, что у нас там такое в тарелке, когда во время видеозвонка он зачем-то решает лечь нам на колени или возле экрана, торча любопытными ушами и беспокойным хвостом.
Кажется, в таком не обязательном общении содержится намного больше и реалистических, и мистических истин межвидового соседства.
Пёс - деревенщина, кот - джентльмен. Пëс отдаëт, но кот - живёт Короче говоря, пес - тварь незавершённая. Подобно человеку низшему, ему необходим эмоциональный толчок извне; он должен возвести нечто на пьедестал как бога и первопричину. Кот совершенен сам по себе. Подобно человеческому философу, он самодостаточное существо и микрокосм. Он естественное и цельное создание, поскольку воспринимает и ощущает себя таковым, тогда как пес способен представлять себя лишь в связи с кем-то другим
Истинное положение Харитона и других животных-компаньонов далеко от господского, нередко оно сопровождается одержимой заботой и ласковым тисканьем со стороны настоящих хозяев жизни на отдельно взятой жилплощади.
Кажется, что автономность и добровольность контакта в таком случае - исчезающая роскошь. Труд Харитона когда-нибудь освободится и будет больше похоже на общение и игру. Возможно, будь у Харитона право выбрать свой статус в доме человека - он предпочёл бы быть настоящим компаньоном, а не живым фетишем и даже не сыном.
Но для этого, чтобы когда-нибудь это понять с полной уверенностью эмпирического факта, нам стоит уже сейчас относиться к нему как к «самодостаточному существу и микрокосму». Развивая и применяя методы доказательной биосемиотики и зоопсихологии. А может быть кому-то из нас хватит сил воображения и эмпатии увидеть в нашем нечеловеческом компаньоне настоящего друга и товарища в тех случаях, когда он действительно готов вступить с нами в такие отношения. Когда в холодный сезон ещё не дали отопления и мы греем друг друга, когда он утром провожает нас на работу, а вечером встречает нас после неë, когда он приглашает нас поиграть с ним или хочет понюхать, что у нас там такое в тарелке, когда во время видеозвонка он зачем-то решает лечь нам на колени или возле экрана, торча любопытными ушами и беспокойным хвостом.
Кажется, в таком не обязательном общении содержится намного больше и реалистических, и мистических истин межвидового соседства.