Video is unavailable for watching
Show in Telegram
𝑯𝑨𝑺𝑯𝑻𝑨𝑮𝑺 ✧ #𝒂𝒎𝒐𝒖𝒓 #𝒎𝒆𝒎𝒐𝒓𝒊𝒆𝒔 #𝒗𝒊𝒅𝒆𝒐
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
Дверь распахнулась перед парой, и вся подпольная обитель затихла — кто в изумлении, кто в напряжении, а кто в фанатичном восхищении. Виктория Забини прошла внутрь с кошачьей грацией — не заглядеться на неё было практически невозможно, особенно учитывая ту опасность, что она в себе таила. Прямо за ней, придерживая дверь для своей дамы, на пороге показался её спутник. Виктория улыбнулась — медленно, будто лениво расплываясь в чеширской ухмылке, — благодарно глядя на любимого.
Орион, чьи глаза источали лишь немыслимый холод к людям, сейчас с небывалой нежностью смотрел на Викторию. Он помог ей снять пиджак, а затем, поддавшись внутреннему порыву, оставил поцелуй на её плече.
Тихо рассмеявшись, женщина провела рукой по идеально уложенным волосам супруга. В ответ тот, взяв её ладонь в свою, оставил поцелуй на тыльной стороне, ещё пару секунд задержав губы на тонкой коже. Забини пожала плечами и выпрямилась, позволяя Блэку разместить ладонь на её талии, тем самым ведя её внутрь пропитанного табачным дымом помещения.
Все взгляды жадно изучали пару. Стоило им пройти мимо группы людей, как тут же поднялась волна шёпота. Кто-то тыкал пальцем, кто-то эмоционально пересказывал очередные фантастически абсурдные слухи. Виктория давно перестала обращать внимание на подобное. Да и как можно было сосредоточиться на чём-то другом, если Орион Блэк глядел лишь на неё, полностью обезоруживая, лаская взглядом каждый участок её тела, словно ластящийся зверёк?
Шёпот становился всё громче, но голоса сливались в единое шушуканье, пока один из зевак не осмелился выкрикнуть громче положенного:
— Зачем все эти риски ради Чёрной Вдовы? Понятно одно! Он сам подписал себе смертный приговор!
После пылкой речи все замерли. Виктория на секунду застыла, а юнец, проявивший глупую самоотверженность, поджал губы в ожидании возможной участи.
Вечер накрыл город тёмной пеленой. О тридцатилетней Капо Забини говорили в каждом уголке — молодая вдова, продолжившая криминальное дело мужа и не просто удержавшая власть, но достигшая ещё большего успеха. Её расположения стремился добиться каждый второй. Её вожделели мужчины, но все знали, какова участь каждого её нового супруга — все семеро погибли при загадочных обстоятельствах.
Только самой Виктории была известна истинная причина их смертей — она сама
За каждым мужчиной стоит сильная женщина. В её случае за каждой сильной женщиной стояла её собственная боль, вынудившая стать сильнее.
Никто не осмеливался встать у неё на пути. Никто более не желал стать врагом семейства. Уважаема, но не любима — хотя, возможно, обожаема на грани со страхом.
В этот раз Викторию пригласили в качестве дорогого гостя на аукцион проклятых артефактов, старинных фолиантов и… ядов.
Паучиха не только коварно плела сети — она, как никто другой, разбиралась в ядах. Натуральные, искусственно созданные, медленные и быстродействующие — её познания в токсинах порой удивляли, как и нескрываемый интерес к ним. Владелец мероприятия, синьор Кьеза, был уверен, что столь необычная подборка лотов не оставит Донну равнодушной, и не прогадал.
Конечно, приглашение не было жестом доброй воли — старик отчаянно пытался спасти свой бизнес, который пошёл в упадок после неудачной сделки его непутёвого сына. Теперь он лез из кожи вон, пытаясь угодить Виктории. Какова ирония.
Сейчас, сидя в бархатном кресле среди «высшего» общества, Виктория скучающе скрестила ноги и потягивала беллини. Её взгляд лениво скользил по залу, изучая каждого присутствующего. Фамилия, положение в криминальной цепочке, ремесло, состояние — она пыталась угадать их, но всё было однотонным, приторным, смрадным.
Шум вечера сливался в однообразный гул, окружающие её люди были лишь мелькающими тенями, их разговоры — лишь звуками, неспособными пробудить в ней ни малейших эмоций.
Она привыкла быть наедине с собой. Отчуждённой. Беспристрастной.
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
«Они стали королём и королевой тёмного волшебного мира. И не дай бог обидеть королеву.»
Дверь распахнулась перед парой, и вся подпольная обитель затихла — кто в изумлении, кто в напряжении, а кто в фанатичном восхищении. Виктория Забини прошла внутрь с кошачьей грацией — не заглядеться на неё было практически невозможно, особенно учитывая ту опасность, что она в себе таила. Прямо за ней, придерживая дверь для своей дамы, на пороге показался её спутник. Виктория улыбнулась — медленно, будто лениво расплываясь в чеширской ухмылке, — благодарно глядя на любимого.
Орион, чьи глаза источали лишь немыслимый холод к людям, сейчас с небывалой нежностью смотрел на Викторию. Он помог ей снять пиджак, а затем, поддавшись внутреннему порыву, оставил поцелуй на её плече.
Тихо рассмеявшись, женщина провела рукой по идеально уложенным волосам супруга. В ответ тот, взяв её ладонь в свою, оставил поцелуй на тыльной стороне, ещё пару секунд задержав губы на тонкой коже. Забини пожала плечами и выпрямилась, позволяя Блэку разместить ладонь на её талии, тем самым ведя её внутрь пропитанного табачным дымом помещения.
Все взгляды жадно изучали пару. Стоило им пройти мимо группы людей, как тут же поднялась волна шёпота. Кто-то тыкал пальцем, кто-то эмоционально пересказывал очередные фантастически абсурдные слухи. Виктория давно перестала обращать внимание на подобное. Да и как можно было сосредоточиться на чём-то другом, если Орион Блэк глядел лишь на неё, полностью обезоруживая, лаская взглядом каждый участок её тела, словно ластящийся зверёк?
Все знали — эти двое без ума друг от друга.
Шёпот становился всё громче, но голоса сливались в единое шушуканье, пока один из зевак не осмелился выкрикнуть громче положенного:
— Зачем все эти риски ради Чёрной Вдовы? Понятно одно! Он сам подписал себе смертный приговор!
После пылкой речи все замерли. Виктория на секунду застыла, а юнец, проявивший глупую самоотверженность, поджал губы в ожидании возможной участи.
1990 год, Флоренция
Вечер накрыл город тёмной пеленой. О тридцатилетней Капо Забини говорили в каждом уголке — молодая вдова, продолжившая криминальное дело мужа и не просто удержавшая власть, но достигшая ещё большего успеха. Её расположения стремился добиться каждый второй. Её вожделели мужчины, но все знали, какова участь каждого её нового супруга — все семеро погибли при загадочных обстоятельствах.
Только самой Виктории была известна истинная причина их смертей — она сама
За каждым мужчиной стоит сильная женщина. В её случае за каждой сильной женщиной стояла её собственная боль, вынудившая стать сильнее.
Никто не осмеливался встать у неё на пути. Никто более не желал стать врагом семейства. Уважаема, но не любима — хотя, возможно, обожаема на грани со страхом.
В этот раз Викторию пригласили в качестве дорогого гостя на аукцион проклятых артефактов, старинных фолиантов и… ядов.
Паучиха не только коварно плела сети — она, как никто другой, разбиралась в ядах. Натуральные, искусственно созданные, медленные и быстродействующие — её познания в токсинах порой удивляли, как и нескрываемый интерес к ним. Владелец мероприятия, синьор Кьеза, был уверен, что столь необычная подборка лотов не оставит Донну равнодушной, и не прогадал.
Конечно, приглашение не было жестом доброй воли — старик отчаянно пытался спасти свой бизнес, который пошёл в упадок после неудачной сделки его непутёвого сына. Теперь он лез из кожи вон, пытаясь угодить Виктории. Какова ирония.
🧛
Сейчас, сидя в бархатном кресле среди «высшего» общества, Виктория скучающе скрестила ноги и потягивала беллини. Её взгляд лениво скользил по залу, изучая каждого присутствующего. Фамилия, положение в криминальной цепочке, ремесло, состояние — она пыталась угадать их, но всё было однотонным, приторным, смрадным.
Шум вечера сливался в однообразный гул, окружающие её люди были лишь мелькающими тенями, их разговоры — лишь звуками, неспособными пробудить в ней ни малейших эмоций.
Она привыкла быть наедине с собой. Отчуждённой. Беспристрастной.