Там, где звезды греют свет
Ты одна, без слов и тяжких бед.
Твоя рука — как молния в ночи,
Сталь и огонь в ней, вечные враги.

Тонкие пальцы, что в прошлом страдали
Борются с болью, они не сдавались.
Вижу в глазах твоих свет и упрямство
Твоя сила — не в словах, а в действиях.

Ты как ночь — темна и велика
Силой своей защищаешь ты всех.
Собаки, дети — твоя нежность к ним
Как заря, что приходит в тиши.

Но в этом мире, полном беды
Шрамы твои — следы той войны.
Ты не боишься их — они с тобой
Как память, горькая, родная.

Ты для нас — огонь, для себя — вода,
Мудрость твоя безмолвно велика.

Сквозь ледяной туман, и снег, и злобный свет,
Ты, Рамико, как звезда, что всегда горит ярче всех.
Твои шаги — как шторм, что мчится в бездну неба,
Но в твоем сердце — огонь, что замерзнуть не осмелится.

Ты — не та, кто боится шагать в темные дали,
Твои шутки — как искры, что зреют в ночной дали.
В каждом слове твоем — скрыта сила непокорная,
Твой смех — как гроза, что в душе бесконечная.

Сильна ты, даже когда мир замерзает вокруг,
Ведь ты не боишься, лёд — твой друг.
Ты можешь замедлить время, а потом вернуть его,
В этом мире, где твоя душа — огонь без страха и боли.

Так иди, Рамико, с уверенностью и светом,
Твоя душа — не лед, она вечна, как лето.
Ты не просто Зимородок, ты сама — стихия,
Так будь собой и сияй, как истинная звезда!

Твои пальцы, как огонь, касаются моей кожи
Остужая пламя, ты оставляешь следы.
Я чувствую, как ты проникаешь в меня
Каждое прикосновение - как нежный яд.

Ты провела рукой по моему лицу
Я потеряла всякую волю, забыв, кто я.
Твои прикосновения - как тени, что блуждают,
И я теряю себя в них, поглощенная тобой.

Ты коснулась меня за ухом, и время замерло,
Ты согрела меня своим дыханием, и я замираю.
Твои ладони - как остриё ножа,
Они заставляют меня чувствовать и умирать.

Ты прижимаешь меня, и я не могу дышать
Твоя рука на бедре — как объятие без спасения.
Твои пальцы скользят по моей шее,
Каждое прикосновение - как удар молнии.

Ты касаешься моих губ, и мир исчезает
Я не могу оторваться от тебя, я теряю контроль.
Ты — моя слабость, ты - моя суть,
Твои прикосновения — мой единственный мир.

Ты стоишь, недвижима, как вечный камень
Грани бытия хранят твою тоску.
В твоих когтях — свобода и страх
Но кто даст тебе дышать полной грудью?

Ты держишь людей, как скульптор мрамор
Лишь касанием меняешь их судьбы.
Они кричат, но ты молчишь
Твоя тишина громче любого их слова.

Ты пленница своего тела, своей мощи
Крылья несут тебя к небу, но тяжесть их — ад.
Каждый взмах оставляет трещины в тебе
Каждый шаг — это пропасть, что ты не пересечь.

Кто дал тебе право быть судьёй?
Или ты лишь инструмент чужой воли?
Каждое касание твоих когтей — приговор
Но камень ли виноват в своём падении?

В твоём мире нет света, только тени,
И ты смотришь на нас из своей башни.
Мы для тебя — лишь застывшие фигуры
Но кто превратил тебя в скульптора?

Ты живёшь, но только наполовину
Скованная своими клыками и крыльями.
В твоих глазах застыли упрёки вселенной
А твои руки больше не знают тепла.

Когда-то мир был ясен, как заря
И мать ласкала взглядом ясным, чистым.
Но мрак войны закрыл небес края
Оставив сердце биться звуком хриплым.

В разлуке с нею, сиротой я стал
И время без конца рвало мне душу.
Тревожный день сменялся ночи валом
Но горечь слёз в молчанье я лишь глушил.

Не нужен мир, что предо мной дрожит
И свет героя слабо в нём мерцает.
Тот, кто со мной, в сердцах своих хранит
Меня не тронет — пусть судьба сверкает.

Но ханран вздор мне шёпотом звучит
И смех их жаркий, словно шлейф вулкана.
Я их люблю, хоть кровь во мне кипит
И дружба их — огонь, но всё ж желанна.

Я вечный страж своих же слабых стен
В уединении покой ищу забытый.
Но светлый смех зовёт меня извне
Гармония в друзьях — мой путь сокрытый.

Когда я слышу зов тревожных дней
И в сердце рвутся струны боли давней
Восстанет вновь тот дух внутри меня,
Бакуми-страж, мой клинок правды славный.