Начиная с Шан (ок. 1300–1027 гг. до н.э.) государства хуася становятся важным источником социального опыта и для южан; к этому времени часть традиций Нижней Янцзы была уже воспринята и переработана шанцами, приблизившимися к созданию развитого территориального государства. Элиты Юга на рубеже II–I тыс. до н.э., где, скорее всего, давно сложились свои территориальные государства, добровольно воспринимали элементы культуры хуася (т.е. за века до создания ханьской империи). Особенно активно этот процесс пошёл с VII–V вв. до н.э. Таким образом, исторически перспективную культуру Севера несли на Юг не крестьяне-переселенцы и не западночжоуские правители (напомним, что чжоуский Чжао-ван погиб в Чу), а сами местные элиты, которые и в дальнейшем китаизировали крестьян-южан. Последнее, кстати, не удалось и армиям Цинь Шихуанди или ханьских императоров.
Активному взаимному восприятию социального и культурного опыта способствовал принцип «религиозной дополнительности», который с конца III — пер. пол. II тыс. до н.э. в рамках «ритуального взаимодействия» элит привел к сложению своеобразной «религии элит» различных историко-культурных зон. Вначале она возникает на основе «нефритового комплекса» ритуальных предметов и символов власти прото-вьетов (культура Лянчжу, «царство Мо» — по памятнику Моцзяошань), а затем, с последней трети II тыс. до н.э., формируется «бронзовый комплекс» ритуальных предметов, символов власти и общей письменный язык верхов (иероглифики хуася), который не был языком завоевателей, а являлся языком «администраторов» и воспринимался добровольно как атрибут высшей власти и как язык с более «удобной» письменностью.
В I тыс. до н.э. «китаизировались» именно элиты не-хуася через восприятие письменности и культа правителя (вана) как Сына Неба. Ими вместе с социальным опытом воспринималась элитарная («социальная») часть веры. Происходило это, прежде всего, в царствах Средней и Нижней Янцзы, в описанной выше контактной зоне на юге, а также в царстве Цинь на западе и в бассейне Верхней Янцзы. До того преобладал «культ предков» и «от века» существовавший даосизм с его сложными представлениями о мире, который хуася воспринимали с середины I тыс. до н.э. Культурный обмен был обоюдным и шёл на больших территориях.
[...]
В I тыс. до н.э. на смену многочисленным конкурирующим локальным центрам власти (в основном средним и малым) у хуася, аустроазиатов, хмонг-миенов, прото-бирманцев, возможно, аустронезийцев (период Чуньцю) приходят крупные государственные территориальные образования (период Чжаньго), которые поглощают территории локальных слабых малых центров. В качестве крупных государственных территориальных образований выступали государства хуася (на севере) и государства аустроазиатов и хмонг-миенов (на юге). Тогда же началась борьба за объединение, сначала – в форме гегемонии («время пяти гегемонов», т.е. еще с Чуньцю и в начале Чжаньго). Причем, из пяти гегемонов два – северные (населённые в основном хуася, с их экономикой суходольного просоводства, в меньшей степени — степняками) и три – южные, на Янцзы, населённые аустроазиатами и хмонг-миенами с их поливным рисоводством (Чу, У, Юэ). Здесь существовало принципиальное различие технологий, экономик, базовых социальных структур, в отличие от близких в этом отношении стран древней Передней Азии.
📖 Деопик Д.В. Четыре этюда об истории древней Восточной Азии. Взгляд с Юга.
#cm_Китай
#cm_институты
#cm_культура
#cm_религии
⚙️ Механика истории — подписаться
Активному взаимному восприятию социального и культурного опыта способствовал принцип «религиозной дополнительности», который с конца III — пер. пол. II тыс. до н.э. в рамках «ритуального взаимодействия» элит привел к сложению своеобразной «религии элит» различных историко-культурных зон. Вначале она возникает на основе «нефритового комплекса» ритуальных предметов и символов власти прото-вьетов (культура Лянчжу, «царство Мо» — по памятнику Моцзяошань), а затем, с последней трети II тыс. до н.э., формируется «бронзовый комплекс» ритуальных предметов, символов власти и общей письменный язык верхов (иероглифики хуася), который не был языком завоевателей, а являлся языком «администраторов» и воспринимался добровольно как атрибут высшей власти и как язык с более «удобной» письменностью.
В I тыс. до н.э. «китаизировались» именно элиты не-хуася через восприятие письменности и культа правителя (вана) как Сына Неба. Ими вместе с социальным опытом воспринималась элитарная («социальная») часть веры. Происходило это, прежде всего, в царствах Средней и Нижней Янцзы, в описанной выше контактной зоне на юге, а также в царстве Цинь на западе и в бассейне Верхней Янцзы. До того преобладал «культ предков» и «от века» существовавший даосизм с его сложными представлениями о мире, который хуася воспринимали с середины I тыс. до н.э. Культурный обмен был обоюдным и шёл на больших территориях.
[...]
В I тыс. до н.э. на смену многочисленным конкурирующим локальным центрам власти (в основном средним и малым) у хуася, аустроазиатов, хмонг-миенов, прото-бирманцев, возможно, аустронезийцев (период Чуньцю) приходят крупные государственные территориальные образования (период Чжаньго), которые поглощают территории локальных слабых малых центров. В качестве крупных государственных территориальных образований выступали государства хуася (на севере) и государства аустроазиатов и хмонг-миенов (на юге). Тогда же началась борьба за объединение, сначала – в форме гегемонии («время пяти гегемонов», т.е. еще с Чуньцю и в начале Чжаньго). Причем, из пяти гегемонов два – северные (населённые в основном хуася, с их экономикой суходольного просоводства, в меньшей степени — степняками) и три – южные, на Янцзы, населённые аустроазиатами и хмонг-миенами с их поливным рисоводством (Чу, У, Юэ). Здесь существовало принципиальное различие технологий, экономик, базовых социальных структур, в отличие от близких в этом отношении стран древней Передней Азии.
📖 Деопик Д.В. Четыре этюда об истории древней Восточной Азии. Взгляд с Юга.
#cm_Китай
#cm_институты
#cm_культура
#cm_религии
⚙️ Механика истории — подписаться