После отъезда Эммрика в особняке поселилась странная тишина. Дни больше не рассыпались на осколки, а тянулись сплошным полотном, которое они старательно заполняли долгими разговорами, новыми фотографиями и обрывками мыслей. Собирали мозаику образов друг друга заново, теперь уже по живым, неотретушированным деталям.

На первый взгляд, ничего не изменилось: Эммрик и Рук по-прежнему были теми, кому можно доверить свои мысли или пожаловаться на пустяки. Но с каждой новой фразой на месте прежней смутной фантазии рождалась реальная картина. Встреча, которой они так боялись, не разрушила их хрупкий мир, а стала новой ступенью, притягивая друг к другу сильнее прежнего.