⭐️⭐️⭐️ 𝕴𝐍𝐓𝐄𝐂𝐑𝐀𝐓𝐈𝐕𝐄
⭐️⭐️⭐️⭐️ The darkness
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️ calls.
𝖣𝖺𝗉𝗁𝗇𝖾 𝖦.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
Дафне Гринграсс.
С любовью от Чреватой.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
⭐️Часть первая.
Её ритуал был чудовищным. Древние слова, пропитанные кровью и отчаянием, смешивались с её собственными слезами. Она отдала всё, что имела, и даже то, чего не осознавала, что у неё было – свою сущность, оставив себя пустой оболочкой, готовой к сделке. И силы услышали её.
Он вернулся. Сначала Дафна купалась в иллюзии счастья, игнорируя зловещее молчание, которое теперь окружало её. Она закрыла глаза на то, что перед ней больше не её любимый, а лишь бледная копия, оживлённая чужой волей. Радость от его присутствия была отравлена грядущим ужасом.
Спустя короткое время, когда эйфория отступила, начал проявляться кошмар. Сначала – едва уловимый, но навязчивый, труднопереносимый запах тлена, который, казалось, исходил от него, но Дафна списывала это на собственное помешательство. Затем – его странное, нечеловеческое поведение. Ночами он бесшумно покидал их ложе, скользил во тьме, возвращаясь под утро с глазами, в которых уже не было прежнего света, а лишь пустота, отражающая чужую волю.
С каждым днём Дафна всё отчётливее понимала – вернулось не её прошлое, не её любимый. Вернулось нечто иное. Нечто, что носило его облик, но было лишь сосудом для тёмных, древних сил. Оно питалось её болью, её отчаянием, её страхом.
Её нашли через несколько дней. Бездыханную, в комнате, пропитанной тем самым отвратительным запахом. На её спине, вырезанное с ужасающей точностью, было послание от того, что её забрало, или того, кто им управлял:
— Твой любимый.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
⭐️⭐️ ⭐️Часть вторая.
— Знаешь… — протянул проводник, и его голос зазвучал как шелест давно забытых купюр, смешанный с запахом сырой земли. — Ты была бы весьма миленькой и нежной. По-настоящему. Если бы твой отец не совершил эту… глупость.
Его рука легла на её лоб, холодная, как надгробие.
— Я хочу это увидеть… — прошептала Дафна, и в её голосе не было ни любопытства, ни надежды, лишь отчаяние, жаждущее подтверждения своей ничтожности.
— Хорошо. Смотри..
Когда Дафна закрыла глаза, привычная темнота не принесла покоя. Она была прорезана ослепительным, но ложным светом — тёплым, чистым, как утреннее солнце, которое никогда не сможет согреть мёртвое. Там, в этом нереальном, но до ужаса реальном пространстве, она увидела «её».
Девушка, сидевшая на изумрудной траве у подножия величественного особняка, похожего на замок, но полного жизни и уюта. Её улыбка была такой искренней, такой настоящей, что Дафна ощутила физическую боль. От этой Дафны исходила аура нежности, доброты, света — всего того, что было для неё теперь навсегда утрачено. Она помогала другим, смеялась, любила… Её мир был наполнен не просто удовольствиями, а подлинными, тёплыми чувствами. Она не знала зла, боли, отчаяния. Это было её идеальное, «настоящее» существование. Квантовый двойник, свободный от ошибок прошлого.
Но чем пристальнее Дафна вглядывалась, тем сильнее становился холод. В глазах этой «другой» Дафны не было отблеска её собственной души. Это было лишь идеальное отражение, совершенная иллюзия, созданная ценой отцовской ошибки. Она видела эту жизнь, видела её красоту, её чистоту, но не узнавала в ней себя. Это была не она. Это была лишь насмешка судьбы, призрак счастья, который никогда не станет реальным.
⭐️⭐️⭐️⭐️ The darkness
⭐️⭐️⭐️⭐️⭐️ calls.
𝖣𝖺𝗉𝗁𝗇𝖾 𝖦.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
Дафне Гринграсс.
С любовью от Чреватой.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
⭐️Часть первая.
Её ритуал был чудовищным. Древние слова, пропитанные кровью и отчаянием, смешивались с её собственными слезами. Она отдала всё, что имела, и даже то, чего не осознавала, что у неё было – свою сущность, оставив себя пустой оболочкой, готовой к сделке. И силы услышали её.
Он вернулся. Сначала Дафна купалась в иллюзии счастья, игнорируя зловещее молчание, которое теперь окружало её. Она закрыла глаза на то, что перед ней больше не её любимый, а лишь бледная копия, оживлённая чужой волей. Радость от его присутствия была отравлена грядущим ужасом.
Спустя короткое время, когда эйфория отступила, начал проявляться кошмар. Сначала – едва уловимый, но навязчивый, труднопереносимый запах тлена, который, казалось, исходил от него, но Дафна списывала это на собственное помешательство. Затем – его странное, нечеловеческое поведение. Ночами он бесшумно покидал их ложе, скользил во тьме, возвращаясь под утро с глазами, в которых уже не было прежнего света, а лишь пустота, отражающая чужую волю.
С каждым днём Дафна всё отчётливее понимала – вернулось не её прошлое, не её любимый. Вернулось нечто иное. Нечто, что носило его облик, но было лишь сосудом для тёмных, древних сил. Оно питалось её болью, её отчаянием, её страхом.
Её нашли через несколько дней. Бездыханную, в комнате, пропитанной тем самым отвратительным запахом. На её спине, вырезанное с ужасающей точностью, было послание от того, что её забрало, или того, кто им управлял:
— Твой любимый.
🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍
⭐️⭐️ ⭐️Часть вторая.
— Знаешь… — протянул проводник, и его голос зазвучал как шелест давно забытых купюр, смешанный с запахом сырой земли. — Ты была бы весьма миленькой и нежной. По-настоящему. Если бы твой отец не совершил эту… глупость.
Его рука легла на её лоб, холодная, как надгробие.
— Я хочу это увидеть… — прошептала Дафна, и в её голосе не было ни любопытства, ни надежды, лишь отчаяние, жаждущее подтверждения своей ничтожности.
— Хорошо. Смотри..
Когда Дафна закрыла глаза, привычная темнота не принесла покоя. Она была прорезана ослепительным, но ложным светом — тёплым, чистым, как утреннее солнце, которое никогда не сможет согреть мёртвое. Там, в этом нереальном, но до ужаса реальном пространстве, она увидела «её».
Девушка, сидевшая на изумрудной траве у подножия величественного особняка, похожего на замок, но полного жизни и уюта. Её улыбка была такой искренней, такой настоящей, что Дафна ощутила физическую боль. От этой Дафны исходила аура нежности, доброты, света — всего того, что было для неё теперь навсегда утрачено. Она помогала другим, смеялась, любила… Её мир был наполнен не просто удовольствиями, а подлинными, тёплыми чувствами. Она не знала зла, боли, отчаяния. Это было её идеальное, «настоящее» существование. Квантовый двойник, свободный от ошибок прошлого.
Но чем пристальнее Дафна вглядывалась, тем сильнее становился холод. В глазах этой «другой» Дафны не было отблеска её собственной души. Это было лишь идеальное отражение, совершенная иллюзия, созданная ценой отцовской ошибки. Она видела эту жизнь, видела её красоту, её чистоту, но не узнавала в ней себя. Это была не она. Это была лишь насмешка судьбы, призрак счастья, который никогда не станет реальным.