Глава 1: Тишина на кончиках пальцев.
Школа №43 имела запах мела, линолеума и кофе из автоматов, что почти всегда был холодным. В этом здании время шло по своим законам: звонки могли не совпадать с расписанием, а учителя — с настроением. Только один человек в этих стенах держал порядок железной рукой, хотя и выглядел он скорее как тот, кто сдаёт учебники в библиотеку раньше срока, чем диктует правила.
Джисон.
Семнадцать лет, идеальная осанка, аккуратно зачёсанные тёмные волосы, очки без диоптрий — просто стиль. На нём всегда была выглаженная рубашка, даже в дни, когда остальная параллель приходила в школу, будто только что вылезла из постели. Уважали его. Боялись — в том числе. А некоторые, может быть, и тайно влюблялись. Потому что в его спокойствии была своя поэзия. Не вызывающая, но цепляющая.
Именно поэтому появление Минхо было, как пощёчина по симметричному лицу системы.
Шестнадцать лет. Залётчик. Новенький. В первый же день пришёл в школу в чёрной футболке с дырой на плече и с синяком под глазом. Сказал, что «дверь плохо открылась». Его посадили на последнюю парту в классе Джисона, и с этого началось настоящее землетрясение.
Первый урок — алгебра. Учительница диктует примеры, Джисон записывает — аккуратно, красиво. Минхо же… рисует череп с крыльями на обложке тетради.
— Минхо, — говорит учительница, терпеливо, — может, всё-таки попробуешь решать?
— Попробую, если староста перестанет смотреть на меня, как будто я у него ботинки украл, — отвечает он, не поднимая взгляда.
В классе — тишина. Джисон поднимает глаза. Холодно. Вежливо.
— Я просто наблюдаю, как ты тратишь шанс на образование. Впечатляюще.
— О, звучит как любовь с первого взгляда, — ухмыляется Минхо и, наконец, смотрит на него. Долго. Нагло.
Это был не просто взгляд. Это был вызов. Прямой, честный и без страха. И что-то в этом взгляде щёлкнуло у Джисона внутри, как капля на идеально натянутой струне.
В тот день Джисон впервые задержался после уроков, чтобы лично сообщить завучу, что "новенький явно требует внимания".
А Минхо… он ждал его у выхода. С сигаретой за ухом и странной полуулыбкой.
— Думаешь, ты меня сломаешь, староста?
— Я просто хочу, чтобы ты не мешал другим.
— А если мне нравится мешать тебе?
Пауза. Такая долгая, что воздух стал густым.
— Тогда тебе будет сложно, — сказал Джисон и прошёл мимо.
А сердце — предатель — стукнуло быстрее. На долю секунды.
Он был как дождь среди контрольной — приходил без предупреждения и рушил все планы.
Школа №43 имела запах мела, линолеума и кофе из автоматов, что почти всегда был холодным. В этом здании время шло по своим законам: звонки могли не совпадать с расписанием, а учителя — с настроением. Только один человек в этих стенах держал порядок железной рукой, хотя и выглядел он скорее как тот, кто сдаёт учебники в библиотеку раньше срока, чем диктует правила.
Джисон.
Семнадцать лет, идеальная осанка, аккуратно зачёсанные тёмные волосы, очки без диоптрий — просто стиль. На нём всегда была выглаженная рубашка, даже в дни, когда остальная параллель приходила в школу, будто только что вылезла из постели. Уважали его. Боялись — в том числе. А некоторые, может быть, и тайно влюблялись. Потому что в его спокойствии была своя поэзия. Не вызывающая, но цепляющая.
Именно поэтому появление Минхо было, как пощёчина по симметричному лицу системы.
Шестнадцать лет. Залётчик. Новенький. В первый же день пришёл в школу в чёрной футболке с дырой на плече и с синяком под глазом. Сказал, что «дверь плохо открылась». Его посадили на последнюю парту в классе Джисона, и с этого началось настоящее землетрясение.
Первый урок — алгебра. Учительница диктует примеры, Джисон записывает — аккуратно, красиво. Минхо же… рисует череп с крыльями на обложке тетради.
— Минхо, — говорит учительница, терпеливо, — может, всё-таки попробуешь решать?
— Попробую, если староста перестанет смотреть на меня, как будто я у него ботинки украл, — отвечает он, не поднимая взгляда.
В классе — тишина. Джисон поднимает глаза. Холодно. Вежливо.
— Я просто наблюдаю, как ты тратишь шанс на образование. Впечатляюще.
— О, звучит как любовь с первого взгляда, — ухмыляется Минхо и, наконец, смотрит на него. Долго. Нагло.
Это был не просто взгляд. Это был вызов. Прямой, честный и без страха. И что-то в этом взгляде щёлкнуло у Джисона внутри, как капля на идеально натянутой струне.
В тот день Джисон впервые задержался после уроков, чтобы лично сообщить завучу, что "новенький явно требует внимания".
А Минхо… он ждал его у выхода. С сигаретой за ухом и странной полуулыбкой.
— Думаешь, ты меня сломаешь, староста?
— Я просто хочу, чтобы ты не мешал другим.
— А если мне нравится мешать тебе?
Пауза. Такая долгая, что воздух стал густым.
— Тогда тебе будет сложно, — сказал Джисон и прошёл мимо.
А сердце — предатель — стукнуло быстрее. На долю секунды.