𝐹𝑟𝑒𝑑𝑑𝑜 𝑅𝑒 𝐷𝑟𝑎𝑐𝑜

— отец, зачем мы здесь? — две фигуры медленно идут по длинному коридору. оба они носят одну фамилию - Малфой, но, в тоже время, оба такие разные. один продумывает каждый свой шаг, строит планы и стратегии, руководит собственной огромной империей, держа все под контролем. второй же.. лишь на пути к принятию этой исповеди. а точнее уже на пороге к этому событию.
— не задавай лишних вопросов, Драко, скоро все сам увидишь, — выделив последнее слово определенной интонацией, смысл которой Малфой младший сначала не понял, мужчина слегка пихнул сына в спину, чтобы тот не останавливался и шел дальше. а поскольку рука любителя ваз была тяжелой, собственно, как взгляд и аура, исходящая от него, идти блондину дальше в том же темпе и с той же уверенностью было сложнее. будто его отец все это делал специально. только вот зачем?
чем дальше они продвигались, тем сильнее лед внутри сковывал движения. на стенах теперь висели не просто гобелены и фрески, но и головы животных. дальше было хуже. звериные морды сменили людские лица. на стенах висели гребаные человеческие головы! от их вида блондину стало совсем уж не по себе. ему 14, он видел трупы, знал уже достаточно об этом грязном мире, но не настолько..
— пап?.. что это? — оглядываясь на ужас на стенах, полушёпотом произнес юноша, замедляя шаг из-за оцепенения конечностей. вот она. детская сущность, не до конца убитая отцом. она всегда вылезала, когда Драко подвергался чему-то, что вызывало страх или растерянность. Малфой старший усердно пытался убить эти отголоски детского сознания в сыне, и ему очень не нравилось, когда они вылезали. мужчина резко дёрнул его на себя, разворачивая и больно сжимая зону предплечья. он зол. и довольно сильно.
— что ты, мать твою, только что сказал? страх в голосе? я чему тебя учил?! — повышая тон голоса к концу своих слов, он вновь оттолкнул сына, заставляя идти вперёд, а сам продолжил. — это головы. там были звериные, здесь людские. или ты слепой?
они все шли. дальше и дальше, а их взору открывались все новые и новые головы. страх сковывал. но уже не страх зрелища, а страх перед отцом. он мог сделать все, что угодно, учитывая, что блондин уже провинился, когда дал слабину и проявил эмоции.
— бошки убитых на играх людей. да, сначала это были животные. так сказать, подопытные. как на крысах испытывают всякие лекарства, так и на животных испытывали игры. они были первооткрывателями, — мужчина усмехнулся собственным словам, понимая, что сыну может стать ещё страшнее от его слов. но это и есть его цель. клин клином вышибают. — теперь же здесь участвуют люди. маги в основном. грязнокровок сюда пускают разве что принудительно и.. в смертельное наказание.
в голове образовывалось куча вопросов. что за игры? почему это так называется? почему для грязнокоовок это наказание? смертельное? почему туда вешают головы? что происходит..

— это что, кровь?.. — глаза слезятся, голос хрипит, кончики пальцев подрагивают, а сам мальчик медленно поднимает глаза на отца.
— да, — глухо отвечает мужчина. — и, раз уж ты сам пришел ко мне, пора приняться за твое обучение.
ком подкатил к горлу, когда слова главы семьи врезались в голову.
— ч-что? нет-нет, я случайно, я не хотел, я, я.. — он заикается, выставляет руки перед собой, пятится назад, но уже поздно. слишком поздно.