Про Карла и NRW.
Порой мне кажется, что книги сами выбирают меня, а не наоборот. Так случилось на второе лето моего переезда.
Я хорошо помню, как на пути в немецкое консульство в СПб я боялась забыть название региона — Nordrhein-Westfalen (NRW), думая, какое черт побери сложное название.
Уже в поезде в столицу NRW, Дюссельдорф, я заметила странное название в расписании — Mönchengladbach. Удивительно, но сложную первую часть мозг читал нормально, а вот на легком “гладбах” переставал фокусироваться. Мои знакомые находили забавным мое “Менхен-чего-то-там” и поправляли: “Гладбах, Камила”.
Так вышло, что последние пару недель я несколько раз наведывалась в этот соседний городок, и каждый раз меня посещала мысль: “Нужно чекнуть, что там с фабрикой”. Фабрика, о которой я узнала из случайно попавшей ко мне биографии самого знаменитого немца в мире высокой моды — Карла Лагерфельда. Fun fact, именно эта книга научила меня правильно выговаривать Mönchengladbach. Но давай по порядку.
Несмотря на то, что Лагерфельд родился в Гамбурге, NRW упоминается уже на первых страницах: мама Карла была родом из маленькой деревни между Мюнстером (один из самых красивых городов земли, если не самый) и Падеборном (никогда там не была, но отправляла заявку в их универ). Семейство Лагерфельдов сделало имя на производстве сгущенного молока в Германии на пороге Второй мировой войны, которая не особо повлияла на довольно счастливое детство Карла (по его собственному признанию).
Мать и тетка часто посещали ярмарку в Мюнстере, с ними — маленький Карл. Там они наведывались к гадалке, так как свято верили в ясновидение. Очевидно, что это отразилось и на юном Лагерфельде: он воспримет всерьез то, что предскажет ему в середине 50-х гадалка в Париже, а после того, как предсказание сбудется, Лагерфельд станет советоваться с ней по важным вопросам.
В тот день у гадалки-турчанки Карл был вместе с Сен-Лораном, которому она напророчила головокружительный, но кратковременный успех. А для Карла, согласно ее словам, успех должен был начаться в момент, когда он погаснет для других. Well, well, well. Лагерфельд постоянно вспоминал эти слова, наблюдая сперва за головокружительным взлетом Сен-Лорана, а после за его трагическим падением, в то время как сам он усердно трудился в разных модных домах и подрабатывал на фрилансе. Меня наверное, ничто не поразило в его биографии так, как сочетание какой-то сверхчеловеческой трудоспособности и врожденной бизнес-жилки. Иначе как объяснить его умение выводить любое хобби в профит?
Карл Лагерфельд десятилетиями оставался за кулисами, но не в тени. Его имя часто официально не упоминалось, как это произошло с маркой Saint Mignar из Зельма (тоже NRW), однако всем были в курсе, кто создавал коллекцию, что в свою очередь стимулировало продажи.
В 1975 году к нему обратился другой предприниматель из того самого Mönchengladbach после того, как Лагерфельда порекомендовал немецкий отраслевой журнал Textilwirtschaft. Дизайнер создавал коллекции уже для своей линии Karl Lagerfeld Impression и каждый месяц прилетал в Дюссельдорф вместе со своей ассистенткой Розмари Ле Галле. Их всегда встречали в аэропорту и везли в офис в Мёнхенгладбахе. Забавно, что и ассистентка была родом из NRW.
К 1983 году Лагерфельд стал лакомым кусочком в мире высокой моды. Chanel понадобились настойчивость, терпение и целая стратегия, чтобы уломать его на сотрудничество. Глава американского подразделения буквально обхаживала его словно он был капризной дивой — подарки, цветы в номер, рестораны. И это сработало.
Лагерфельд также стоял за культом топ-моделей 90-х. Его главная фаворитка — Клаудия Шиффер. Родом из *барабанная дробь* NRW! Получается, что не только его корни, но и значительная часть деловых связей были тесно связаны с этим регионом. И именно в этом регионе ко мне в руки попала его биография. Совпадение?
Фото: Charlota Blunarova
#искусство@hallogermans
Зай, лайк не забудь ❤️🔥.
Порой мне кажется, что книги сами выбирают меня, а не наоборот. Так случилось на второе лето моего переезда.
Я хорошо помню, как на пути в немецкое консульство в СПб я боялась забыть название региона — Nordrhein-Westfalen (NRW), думая, какое черт побери сложное название.
Уже в поезде в столицу NRW, Дюссельдорф, я заметила странное название в расписании — Mönchengladbach. Удивительно, но сложную первую часть мозг читал нормально, а вот на легком “гладбах” переставал фокусироваться. Мои знакомые находили забавным мое “Менхен-чего-то-там” и поправляли: “Гладбах, Камила”.
Так вышло, что последние пару недель я несколько раз наведывалась в этот соседний городок, и каждый раз меня посещала мысль: “Нужно чекнуть, что там с фабрикой”. Фабрика, о которой я узнала из случайно попавшей ко мне биографии самого знаменитого немца в мире высокой моды — Карла Лагерфельда. Fun fact, именно эта книга научила меня правильно выговаривать Mönchengladbach. Но давай по порядку.
Несмотря на то, что Лагерфельд родился в Гамбурге, NRW упоминается уже на первых страницах: мама Карла была родом из маленькой деревни между Мюнстером (один из самых красивых городов земли, если не самый) и Падеборном (никогда там не была, но отправляла заявку в их универ). Семейство Лагерфельдов сделало имя на производстве сгущенного молока в Германии на пороге Второй мировой войны, которая не особо повлияла на довольно счастливое детство Карла (по его собственному признанию).
Мать и тетка часто посещали ярмарку в Мюнстере, с ними — маленький Карл. Там они наведывались к гадалке, так как свято верили в ясновидение. Очевидно, что это отразилось и на юном Лагерфельде: он воспримет всерьез то, что предскажет ему в середине 50-х гадалка в Париже, а после того, как предсказание сбудется, Лагерфельд станет советоваться с ней по важным вопросам.
В тот день у гадалки-турчанки Карл был вместе с Сен-Лораном, которому она напророчила головокружительный, но кратковременный успех. А для Карла, согласно ее словам, успех должен был начаться в момент, когда он погаснет для других. Well, well, well. Лагерфельд постоянно вспоминал эти слова, наблюдая сперва за головокружительным взлетом Сен-Лорана, а после за его трагическим падением, в то время как сам он усердно трудился в разных модных домах и подрабатывал на фрилансе. Меня наверное, ничто не поразило в его биографии так, как сочетание какой-то сверхчеловеческой трудоспособности и врожденной бизнес-жилки. Иначе как объяснить его умение выводить любое хобби в профит?
Карл Лагерфельд десятилетиями оставался за кулисами, но не в тени. Его имя часто официально не упоминалось, как это произошло с маркой Saint Mignar из Зельма (тоже NRW), однако всем были в курсе, кто создавал коллекцию, что в свою очередь стимулировало продажи.
В 1975 году к нему обратился другой предприниматель из того самого Mönchengladbach после того, как Лагерфельда порекомендовал немецкий отраслевой журнал Textilwirtschaft. Дизайнер создавал коллекции уже для своей линии Karl Lagerfeld Impression и каждый месяц прилетал в Дюссельдорф вместе со своей ассистенткой Розмари Ле Галле. Их всегда встречали в аэропорту и везли в офис в Мёнхенгладбахе. Забавно, что и ассистентка была родом из NRW.
К 1983 году Лагерфельд стал лакомым кусочком в мире высокой моды. Chanel понадобились настойчивость, терпение и целая стратегия, чтобы уломать его на сотрудничество. Глава американского подразделения буквально обхаживала его словно он был капризной дивой — подарки, цветы в номер, рестораны. И это сработало.
Лагерфельд также стоял за культом топ-моделей 90-х. Его главная фаворитка — Клаудия Шиффер. Родом из *барабанная дробь* NRW! Получается, что не только его корни, но и значительная часть деловых связей были тесно связаны с этим регионом. И именно в этом регионе ко мне в руки попала его биография. Совпадение?
Фото: Charlota Blunarova
#искусство@hallogermans
Зай, лайк не забудь ❤️🔥.