Ты поцелуешь на прощание,
Но на щеке останется ожог.
Мне нужна твоя любовь,
только цена ей ломаный грош.
Твои слова дешёвый нож,
Твои глаза пустой дверной глазок.
Я добровольно шёл в этот
вольер,
И сам нажал на спусковой крючок.
Ожог горит багровым лоскутом,
Как будто ты не в губы прямо в кожу.
Я буду вспоминать тебя потом
По этой боли, бьющей через дрожь.
Ты метишь тех, кого нельзя сберечь,
Своим касаньем острым и калёным.
И я боюсь не то что новых встреч,
А быть тобой однажды заживлённым.
Но на щеке останется ожог.
Мне нужна твоя любовь,
только цена ей ломаный грош.
Твои слова дешёвый нож,
Твои глаза пустой дверной глазок.
Я добровольно шёл в этот
вольер,
И сам нажал на спусковой крючок.
Ожог горит багровым лоскутом,
Как будто ты не в губы прямо в кожу.
Я буду вспоминать тебя потом
По этой боли, бьющей через дрожь.
Ты метишь тех, кого нельзя сберечь,
Своим касаньем острым и калёным.
И я боюсь не то что новых встреч,
А быть тобой однажды заживлённым.