8-ая часть «Безмятежная ночь» | 2-ая глава «Хогвартс».
Дисклеймер:
В посте присутсвуют упоминания сцен 18+ и религиозные темы, которые могут быть оскорбительными для чувств верующих. Автор не несёт ответственности за читателей, дальнейшее чтение только на ваше усмотрение.
8-ое июля 1943 год.
Много вопросов от миссис Коул насчёт пропажи Тома на один день не последовало. Реддл не выходил из своей личной комнаты просто так последние дни, его и не заставляли. Ни воспитатели, ни другие дети приюта не обращали на него внимания, как было раньше. Они не мучили Реддла психологами или допросами о его прежней «странности», ровесники не издевались над ним, а Том в свою очередь не трогал их. Его внимание было уделено другому. Мысли были забиты крестражами, последними убийствами и наследием. За каждым приёмом пищи, перед сном, абсолютно всегда, Том думал о том, что планирует сделать в будущем. Каждый раз он представлял, как получит власть, как все волшебники и маглы Британии, а после и всего мира, будут поклоняться ему, встав на колени, а грязнокровки будут целовать его ноги, умоляя пощадить их.
В приюте было тихо уже около десяти вечера. Дети спали, уборщицы и повара давно ушли домой, свет горел только в главном холле приюта, воспитатели тихо работали в своих кабинетах. Даже взрывы не послышались после отбоя, а лающие собаки во дворах вдруг замолчали.
Том прокручивал украденное кольцо Марволо Гонта на пальце, лёжа в кровати. Он привычно стянул тонкое одеяло на пол, сбросив за собой и обувь. Реддл привык так делать каждую зиму: холод доставлял ему удовольствие, хотя летом это не спасало. Было жарко даже без одеяла.
Вдруг Тома заволновала гробовая тишина, и он опустил руки, вглядываясь в потолок, настораживаясь. Зачастую можно было слышать болтовню мальчика из соседней комнаты; он молился Богу каждый день, и эта высокая слышимость раздражала Тома, ибо слишком много верующих в этом магловском приюте. Он и так не мог уснуть каждую ночь, а эти шёпоты только усугубляли ситуацию. Но сегодня вдруг этот мальчик не сказал ни слова. Том даже выглянул из своей комнаты, осматривая длинный пустой коридор.
Закрывая за собой дверь, Том вздохнул. Его взгляд задержался на семи камнях, что он собрал в десять лет и всё ещё держал на подоконнике. Реддл шагнул ближе, а после протянул руку, отодвигая два камня назад, к окну, как бы обозначая существование уже двух крестражей. Хотя больше ни одного камня отодвинуть он не успеет: покинув приют, Реддл оставит их здесь, вместе с фотографией побережья, на котором когда-то издевался над двумя сиротами.
Том поджал губы, смотря в окно, выходящее на кирпичную стену жилого дома. Казалось, он размышлял над тем, чем можно было заняться этой ночью. Он ничего не взял из игровой комнаты в этот раз, поэтому сегодня ему пришлось бы просто дожидаться утра, вновь считая плиты на полу; их число он уже знал наизусть. Нередко Реддл крал книги или шахматы из зала, чтобы поиграть самому с собой. Но иногда он пробирался в чужие комнаты, в основном комнаты мальчиков, и мог стащить различные вещи, что те, в свою очередь, крали на улице. Том почти каждый день находил, что плохо лежит, и забирал это себе, даже если эти предметы были совершенно ему не нужны. Эти кражи не были обусловлены выгодой, местью, бредом или галлюцинацией, воровство был резкий импульс, который Реддл пытался подавить при виде чужих вещей, а после совершения хищения, нарастало удовлетворение.
Реддл сел на край кровати, поднимая голову наверх, оглядывая углы комнаты. «Пусто, как в психиатрической больнице» – постоянно думал Том, когда ему нечем было заняться. В сон вовсе не клонило, звуков, что можно было подслушать или соорудить из них мелодию, не было, комната была пуста... Он снова поднялся, расхаживая по комнате. В его голове начиналась игра в слова, но лишь обозначающие магические вещи...
Дисклеймер:
В посте присутсвуют упоминания сцен 18+ и религиозные темы, которые могут быть оскорбительными для чувств верующих. Автор не несёт ответственности за читателей, дальнейшее чтение только на ваше усмотрение.
Тем более, предупреждаю, что здесь могут быть орфографические ошибки, ибо чат GPT отказался проверять мой пост из-за содержания 18+ сцен.
8-ое июля 1943 год.
Много вопросов от миссис Коул насчёт пропажи Тома на один день не последовало. Реддл не выходил из своей личной комнаты просто так последние дни, его и не заставляли. Ни воспитатели, ни другие дети приюта не обращали на него внимания, как было раньше. Они не мучили Реддла психологами или допросами о его прежней «странности», ровесники не издевались над ним, а Том в свою очередь не трогал их. Его внимание было уделено другому. Мысли были забиты крестражами, последними убийствами и наследием. За каждым приёмом пищи, перед сном, абсолютно всегда, Том думал о том, что планирует сделать в будущем. Каждый раз он представлял, как получит власть, как все волшебники и маглы Британии, а после и всего мира, будут поклоняться ему, встав на колени, а грязнокровки будут целовать его ноги, умоляя пощадить их.
В приюте было тихо уже около десяти вечера. Дети спали, уборщицы и повара давно ушли домой, свет горел только в главном холле приюта, воспитатели тихо работали в своих кабинетах. Даже взрывы не послышались после отбоя, а лающие собаки во дворах вдруг замолчали.
Том прокручивал украденное кольцо Марволо Гонта на пальце, лёжа в кровати. Он привычно стянул тонкое одеяло на пол, сбросив за собой и обувь. Реддл привык так делать каждую зиму: холод доставлял ему удовольствие, хотя летом это не спасало. Было жарко даже без одеяла.
Вдруг Тома заволновала гробовая тишина, и он опустил руки, вглядываясь в потолок, настораживаясь. Зачастую можно было слышать болтовню мальчика из соседней комнаты; он молился Богу каждый день, и эта высокая слышимость раздражала Тома, ибо слишком много верующих в этом магловском приюте. Он и так не мог уснуть каждую ночь, а эти шёпоты только усугубляли ситуацию. Но сегодня вдруг этот мальчик не сказал ни слова. Том даже выглянул из своей комнаты, осматривая длинный пустой коридор.
Закрывая за собой дверь, Том вздохнул. Его взгляд задержался на семи камнях, что он собрал в десять лет и всё ещё держал на подоконнике. Реддл шагнул ближе, а после протянул руку, отодвигая два камня назад, к окну, как бы обозначая существование уже двух крестражей. Хотя больше ни одного камня отодвинуть он не успеет: покинув приют, Реддл оставит их здесь, вместе с фотографией побережья, на котором когда-то издевался над двумя сиротами.
Том поджал губы, смотря в окно, выходящее на кирпичную стену жилого дома. Казалось, он размышлял над тем, чем можно было заняться этой ночью. Он ничего не взял из игровой комнаты в этот раз, поэтому сегодня ему пришлось бы просто дожидаться утра, вновь считая плиты на полу; их число он уже знал наизусть. Нередко Реддл крал книги или шахматы из зала, чтобы поиграть самому с собой. Но иногда он пробирался в чужие комнаты, в основном комнаты мальчиков, и мог стащить различные вещи, что те, в свою очередь, крали на улице. Том почти каждый день находил, что плохо лежит, и забирал это себе, даже если эти предметы были совершенно ему не нужны. Эти кражи не были обусловлены выгодой, местью, бредом или галлюцинацией, воровство был резкий импульс, который Реддл пытался подавить при виде чужих вещей, а после совершения хищения, нарастало удовлетворение.
Реддл сел на край кровати, поднимая голову наверх, оглядывая углы комнаты. «Пусто, как в психиатрической больнице» – постоянно думал Том, когда ему нечем было заняться. В сон вовсе не клонило, звуков, что можно было подслушать или соорудить из них мелодию, не было, комната была пуста... Он снова поднялся, расхаживая по комнате. В его голове начиналась игра в слова, но лишь обозначающие магические вещи...