![](data:image/svg+xml;charset=utf-8,<svg width="640" height="640" style="background-color:%2344badc;font-family:Nunito,sans-serif" viewBox="0 0 100 100" preserveAspectRatio="xMidYMid meet" xmlns="http://www.w3.org/2000/svg">
<text font-size="30" x="50%" y="50%" dy="5" fill="white" dominant-baseline="middle" text-anchor="middle">ИК</text>
</svg>)
Forward from: Издательство Ивана Лимбаха
Из печати вышла книга «Гибель С. А. Есенина: исследование версии самоубийства»:
https://limbakh.ru/index.php?id=9627
Составитель — Андрей Васильевич Крусанов, литературовед, историк искусства, лауреат премии Андрея Белого в номинации «Гуманитарные исследования». Обложка Клима Гречки.
Настоящее издание представляет собой сборник документальных материалов, относящихся к смерти С. А. Есенина и хранящихся в Государственном музее истории российской литературы им. В. И. Даля, Отделе рукописей Института мировой литературы им. А. М. Горького и Литературном музее Института русской литературы (Пушкинский Дом).
Ознакомиться с содержанием книги можно здесь:
https://limbakh.ru/index.php?id=9633
В журнале «Город 812» опубликована подробная рецензия критика Михаила Золотоносова, которую мы рекомендуем внимательно прочитать всем, кто интересуется темой, и особенно тем, кто поддерживает версию о самоубийстве поэта:
https://gorod-812.ru/sergej-esenin-ubijstvo-zamaskirovannoe-suiczidom/
«Изучение проблемы показало: нет ни одного объективного доказательства самоубийства Есенина в ночь с 27 на 28 декабря 1925 года в пятом номере гостиницы «Интернационал» (так тогда назывался «Англетер»), зато обнаружилось, что практически все документы, которые относятся к смерти поэта, либо не соответствуют инструкциям и содержат очевидные лакуны и противоречия объективным данным, либо были оперативно изъяты ГПУ и/или милицией. В результате возникли вполне обоснованные подозрения, что документы, имеющиеся в наличии, были в 1925 – 1926 гг. сфабрикованы, причем специально под официальную версию самоубийства. И эта фабрикация при ближайшем рассмотрении бросается в глаза, поскольку сделана небрежно, в полной уверенности, что правда в условиях тотальной цензуры все равно наружу не выйдет. То есть стоило критически проанализировать имеющиеся материальные объекты (посмертные маски), милицейские и медицинские документы, а также фотографии – и версия суицида оказалась под большим вопросом, а очевидные и необъяснимые лакуны и признаки фальсификаций вышли на первый план».
Изображение: П. А. Мансуров. С. Есенин в Обуховской больнице. 1925. Холст, масло. ГМИРЛИ им. В. И. Даля.
https://limbakh.ru/index.php?id=9627
Составитель — Андрей Васильевич Крусанов, литературовед, историк искусства, лауреат премии Андрея Белого в номинации «Гуманитарные исследования». Обложка Клима Гречки.
Настоящее издание представляет собой сборник документальных материалов, относящихся к смерти С. А. Есенина и хранящихся в Государственном музее истории российской литературы им. В. И. Даля, Отделе рукописей Института мировой литературы им. А. М. Горького и Литературном музее Института русской литературы (Пушкинский Дом).
Ознакомиться с содержанием книги можно здесь:
https://limbakh.ru/index.php?id=9633
В журнале «Город 812» опубликована подробная рецензия критика Михаила Золотоносова, которую мы рекомендуем внимательно прочитать всем, кто интересуется темой, и особенно тем, кто поддерживает версию о самоубийстве поэта:
https://gorod-812.ru/sergej-esenin-ubijstvo-zamaskirovannoe-suiczidom/
«Изучение проблемы показало: нет ни одного объективного доказательства самоубийства Есенина в ночь с 27 на 28 декабря 1925 года в пятом номере гостиницы «Интернационал» (так тогда назывался «Англетер»), зато обнаружилось, что практически все документы, которые относятся к смерти поэта, либо не соответствуют инструкциям и содержат очевидные лакуны и противоречия объективным данным, либо были оперативно изъяты ГПУ и/или милицией. В результате возникли вполне обоснованные подозрения, что документы, имеющиеся в наличии, были в 1925 – 1926 гг. сфабрикованы, причем специально под официальную версию самоубийства. И эта фабрикация при ближайшем рассмотрении бросается в глаза, поскольку сделана небрежно, в полной уверенности, что правда в условиях тотальной цензуры все равно наружу не выйдет. То есть стоило критически проанализировать имеющиеся материальные объекты (посмертные маски), милицейские и медицинские документы, а также фотографии – и версия суицида оказалась под большим вопросом, а очевидные и необъяснимые лакуны и признаки фальсификаций вышли на первый план».
Изображение: П. А. Мансуров. С. Есенин в Обуховской больнице. 1925. Холст, масло. ГМИРЛИ им. В. И. Даля.