Я хорошо помню 11 сентября 2001 года. Мне было 13 лет, к нам в гости пришли мамина подруга с сыном, и пока мамы смотрели телевизор в гостиной, мы с Димкой возились с компьютером.
Компьютер дома только-только появился, он был еще удивительным чудом, и каждая переустановка винды значила, что Димка закачает мне новую музыку и красивые картинки от Бориса Вальехо, а может даже какую-то игрушку. Поэтому когда мамы начали звать нас к телеку, мы особо не заинтересовались.
«Дети, идите, тут самолет в Нью-Йорке в башню влетел!», мы забежали в гостиную, посмотрели на экран, покивали головами и убежали обратно к компу. Ну где тот Нью-Йорк, а компьютер — вот он, в нем целый мир.
Через полчаса мамы снова закричали, мол, идите срочно, тут историческое событие. В телевизоре другой самолет таранил вторую башню в далеком Нью-Йорке, репортеры сообщали, что мир изменился навсегда, а мы стояли в дверном проеме и ждали, когда будет прилично снова сбежать.
Через пару дней оказалось, что мир действительно изменился и событие правда историческое. Через десяток лет я побывала в Нью-Йорке на месте тех самых башен, прочитала «Жутко громко и запредельно близко», видела фотографии, видео и мемуары об этом дне. Но, кажется, только сейчас осознаю масштаб и влияние трагедии — возможно, потому, что сама попала под замес истории, уехав из России в марте 2022, а, может, просто доросла до ума наконец.
Компьютер дома только-только появился, он был еще удивительным чудом, и каждая переустановка винды значила, что Димка закачает мне новую музыку и красивые картинки от Бориса Вальехо, а может даже какую-то игрушку. Поэтому когда мамы начали звать нас к телеку, мы особо не заинтересовались.
«Дети, идите, тут самолет в Нью-Йорке в башню влетел!», мы забежали в гостиную, посмотрели на экран, покивали головами и убежали обратно к компу. Ну где тот Нью-Йорк, а компьютер — вот он, в нем целый мир.
Через полчаса мамы снова закричали, мол, идите срочно, тут историческое событие. В телевизоре другой самолет таранил вторую башню в далеком Нью-Йорке, репортеры сообщали, что мир изменился навсегда, а мы стояли в дверном проеме и ждали, когда будет прилично снова сбежать.
Через пару дней оказалось, что мир действительно изменился и событие правда историческое. Через десяток лет я побывала в Нью-Йорке на месте тех самых башен, прочитала «Жутко громко и запредельно близко», видела фотографии, видео и мемуары об этом дне. Но, кажется, только сейчас осознаю масштаб и влияние трагедии — возможно, потому, что сама попала под замес истории, уехав из России в марте 2022, а, может, просто доросла до ума наконец.