— Лили, — Джеймс начал, проводя пальцем по линии её подбородка, где капли дождя смешивались с теплом её кожи. — Ты когда-нибудь задумывалась, почему именно дождь? В нём что-то есть… что-то такое, что делает всё более… настоящим.
Лили закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением.
— Может быть, потому что он смывает всё наносное, всю суету. Все то, что мы притворяемся, что думаем. Оставляет только главное. Как сейчас. Только мы. И дождь.
— И поле, — добавил Джеймс, его голос стал чуть ниже, чувственнее. — И цветы, которые расцветают от этого дождя. Как и ты, Лили. Ты расцвела, когда я… когда мы.
Его палец опустился на её шею, потом на ключицу, легко очерчивая линии, а затем его рука скользнула под воротник её платья. Лили почувствовала, как по её телу пробежала волна нежного тепла.
— Ты такой... — прошептала она, открывая глаза. — Ты всегда умеешь видеть красоту там, где другие видят просто непогоду. Ты видишь сквозь.
— Потому что я смотрю на мир через твои глаза, — ответил он, и его взгляд был таким глубоким, таким искренним, что у неё перехватило дыхание. — Твои глаза, Лили, они как самые чистые изумруды, в которых можно утонуть. И я бы с радостью.
Он наклонился, и их губы встретились в долгом, медленном поцелуе. Вкус дождя смешался с их поцелуем, делая его свежим, чистым и каким-то первозданным. Это был не поцелуй страсти, а поцелуй глубокой нежности и понимания, что они нашли свой покой друг в друге. Их губы были мягкими, тёплыми, и Лили чувствовала, как их дыхание смешивается.
Когда он отстранился, Лили провела ладонью по его щеке, чувствуя влажную кожу и выступающие скулы.
— Знаешь, я никогда не думала, что буду любить дождь так сильно. Или поле. Или…
— Или меня? — закончил Джеймс с улыбкой, в его глазах плясали веселые искорки, отражая капли дождя.
— Особенно тебя, — призналась она, и её смех был похож на звон маленьких колокольчиков. — Ты изменил все. Ты научил меня не бояться быть… собой. Не бояться быть уязвимой.
— А ты научила меня быть… лучше. Быть достойным. — Он посмотрел на неё с невероятной серьезностью, и Лили поняла, что это не просто комплимент. Это было его самое глубокое признание. — Я бы пошел за тобой на край света, Лили. И если бы там шел дождь, я бы наслаждался каждой каплей, лишь бы ты была рядом.
Его рука скользнула под её мокрую мантию, обхватывая талию, притягивая её ещё ближе. Их ноги запутались в высокой траве, но они не чувствовали ни холода, ни дискомфорта. Только взаимное тепло. Она чувствовала его сильную, но нежную руку на своей спине, прижимающую её ещё теснее.
— А что если бы мы никогда не встретились, Джеймс? — спросила Лили, её голос был еле слышен, почти растворяясь в шепоте дождя.
Он нахмурился, затем отвел прядь её рыжих волос, прилипшую к щеке, и заправил её за ухо.
— Не говори так, Лили. Это невозможно. Мир бы просто… не имел смысла. Я бы всё равно искал тебя. В каждом лице. В каждом цветке. В каждом дожде. Я бы просто не знал, кого именно я ищу, но я бы искал. И нашел.
Она прижалась головой к его плечу, чувствуя его ровное дыхание.
— Я тоже.
Её пальцы начали вырисовывать невидимые узоры на его груди, а он гладил её по спине, словно пытаясь впитать её присутствие каждой клеткой. Они дышали в унисон, их сердца бились в одном ритме.
Они лежали так, пока дождь не стал стихать, превращаясь в легкую морось, а затем и вовсе прекратился. Воздух очистился, стал свежим и удивительно чистым. Запах цветов усилился, стал пьянящим.
— Кажется, дождь прошёл, — прошептал Джеймс, не открывая глаз, наслаждаясь моментом.
— И оставил за собой только нас, — добавила Лили, её голос был полон неги и спокойствия.
Когда они наконец поднялись, мокрые и взъерошенные, мир вокруг них казался обновлённым. Цветы сияли, каждая капля дождя на лепестке отражала свет, будто крошечный бриллиант. Небо над ними начинало проясняться, и сквозь рваные облака пробивались первые звёзды..
Лили закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением.
— Может быть, потому что он смывает всё наносное, всю суету. Все то, что мы притворяемся, что думаем. Оставляет только главное. Как сейчас. Только мы. И дождь.
— И поле, — добавил Джеймс, его голос стал чуть ниже, чувственнее. — И цветы, которые расцветают от этого дождя. Как и ты, Лили. Ты расцвела, когда я… когда мы.
Его палец опустился на её шею, потом на ключицу, легко очерчивая линии, а затем его рука скользнула под воротник её платья. Лили почувствовала, как по её телу пробежала волна нежного тепла.
— Ты такой... — прошептала она, открывая глаза. — Ты всегда умеешь видеть красоту там, где другие видят просто непогоду. Ты видишь сквозь.
— Потому что я смотрю на мир через твои глаза, — ответил он, и его взгляд был таким глубоким, таким искренним, что у неё перехватило дыхание. — Твои глаза, Лили, они как самые чистые изумруды, в которых можно утонуть. И я бы с радостью.
Он наклонился, и их губы встретились в долгом, медленном поцелуе. Вкус дождя смешался с их поцелуем, делая его свежим, чистым и каким-то первозданным. Это был не поцелуй страсти, а поцелуй глубокой нежности и понимания, что они нашли свой покой друг в друге. Их губы были мягкими, тёплыми, и Лили чувствовала, как их дыхание смешивается.
Когда он отстранился, Лили провела ладонью по его щеке, чувствуя влажную кожу и выступающие скулы.
— Знаешь, я никогда не думала, что буду любить дождь так сильно. Или поле. Или…
— Или меня? — закончил Джеймс с улыбкой, в его глазах плясали веселые искорки, отражая капли дождя.
— Особенно тебя, — призналась она, и её смех был похож на звон маленьких колокольчиков. — Ты изменил все. Ты научил меня не бояться быть… собой. Не бояться быть уязвимой.
— А ты научила меня быть… лучше. Быть достойным. — Он посмотрел на неё с невероятной серьезностью, и Лили поняла, что это не просто комплимент. Это было его самое глубокое признание. — Я бы пошел за тобой на край света, Лили. И если бы там шел дождь, я бы наслаждался каждой каплей, лишь бы ты была рядом.
Его рука скользнула под её мокрую мантию, обхватывая талию, притягивая её ещё ближе. Их ноги запутались в высокой траве, но они не чувствовали ни холода, ни дискомфорта. Только взаимное тепло. Она чувствовала его сильную, но нежную руку на своей спине, прижимающую её ещё теснее.
— А что если бы мы никогда не встретились, Джеймс? — спросила Лили, её голос был еле слышен, почти растворяясь в шепоте дождя.
Он нахмурился, затем отвел прядь её рыжих волос, прилипшую к щеке, и заправил её за ухо.
— Не говори так, Лили. Это невозможно. Мир бы просто… не имел смысла. Я бы всё равно искал тебя. В каждом лице. В каждом цветке. В каждом дожде. Я бы просто не знал, кого именно я ищу, но я бы искал. И нашел.
Она прижалась головой к его плечу, чувствуя его ровное дыхание.
— Я тоже.
Её пальцы начали вырисовывать невидимые узоры на его груди, а он гладил её по спине, словно пытаясь впитать её присутствие каждой клеткой. Они дышали в унисон, их сердца бились в одном ритме.
Они лежали так, пока дождь не стал стихать, превращаясь в легкую морось, а затем и вовсе прекратился. Воздух очистился, стал свежим и удивительно чистым. Запах цветов усилился, стал пьянящим.
— Кажется, дождь прошёл, — прошептал Джеймс, не открывая глаз, наслаждаясь моментом.
— И оставил за собой только нас, — добавила Лили, её голос был полон неги и спокойствия.
Когда они наконец поднялись, мокрые и взъерошенные, мир вокруг них казался обновлённым. Цветы сияли, каждая капля дождя на лепестке отражала свет, будто крошечный бриллиант. Небо над ними начинало проясняться, и сквозь рваные облака пробивались первые звёзды..