Raudonoji Lietuva

Pasaulio šachmatų legendai Gariui Kasparovui – JAV ir Lietuvos perspėjimas dėl galimo nužudymo

Rusijos opozicijos veikėjas, buvęs pasaulio šachmatų čempionas Garis Kasparovas pranešė, kad JAV ir Lietuvos saugumo tarnybos jį bei „Laisvosios Rusijos forumo“ bendraįkūrėją Ivaną Tiutriną įspėjo apie pavojų jų gyvybei.

https://ekspertai.eu/straipsnis/pasaulio-sachmatu-legendai-garui-kasparovui-jav-ir-lietuvos-perspejimas-del-galimo-nuzudym

Ar galima kariauti Vilniaus mieste 10 metų?

Tradicionalisto mintys.

https://ekspertai.eu/straipsnis/ar-galima-kariauti-vilniaus-mieste-10-metu

Мне, я считаю, крупно повезло. Наконец-то я не по переписке, а вживую смог пообщаться с Василием Авченко. Моё мнение: сегодня он, пожалуй, самая значимая на всём Дальнем Востоке литературная фигура, а может, даже и во всей России. Я очень и очень высоко оцениваю его книги о Фадееве, Куваеве, Вампилове и о наших лётчиках, воевавших в начале 50-х годов в Корее (хотя с какими-то его суждениями о литпроцессе советского времени я не согласен, но это уже другое дело). И вообще: всё, что Василий делает последние лет пятнадцать, я расцениваю как литературный подвиг.

В этой поездке во Владивосток я открыл для себя Авченко как интереснейшего человека и как замечательного собеседника.

Впрочем, хватить петь дифирамбы. Поговорим о делах. А они таковы. Вот-вот у Авченко выходит новое, отчасти доработанное переиздание книги о Фадееве. А Фадеев – это и мой герой. И моё мнение таково: лучше Авченко дальневосточный период жизни Фадеева ещё никто не осветил. Сейчас Василий хочет взяться за обширные комментарии к «Разгрому» Фадеева. Не сомневаюсь: он и тут внесёт много нового в фадееведение.

Идём дальше. Авченко не бросает занятия и Куваевым. А тут какая проблема? До сих пор неясно, как издавать записные книжки писателя. В полном объёме, без каких-либо изъятий? Или выборочно? Одно дело – те записи, которые касаются, скажем, прочитанных книг или встреч с интересными людьми. А что делать с теми страничками, в которых лишь указаны номера телефонов нужных людей? Их обязательно надо публиковать? Или можно опустить? Отдельный вопрос: подготовка обширных комментариев и справочного аппарата к записным книжкам Куваева. Короче, тут ещё думать и думать.

Тем временем у Авченко на подходе ещё одна книга – уже о Владивостоке и о многом, связанным с этим городом.

Кстати, Василий тут провёл меня по центру города, многое показал и о многом рассказал. В частности, мы с ним вместе побывали у дома, где прошли последние годы жизни Владимира Арсеньева.

Сразу сделаю небольшое отступление. Несмотря на то, что об Арсеньеве уже существует целая библиотека (особо отмечу давнее исследование Тарасовой и свежую работу профессора Хисамутдинова), полная биография этого великого путешественника пока не написана. Ещё столько не раскрыто тайн! Вот одна из них: что в разные годы Арсеньев делал в Китае и в Японии? А правы ли те историки, которые относят Арсеньева к белякам? Или писатель был ближе к красным?
И кто в состоянии разобраться со всеми «белыми пятнами» в судьбе Арсеньева? Мне кажется, что кроме Авченко с этим вряд ли кто ещё сейчас способен справиться. Во-первых, он практически уже составил как бы реестр нераскрытых тайн Арсеньева. Во-вторых, он догадывается, где надо копать, чтобы добраться до этих тайн. Тут надо добавить, что он умеет работать с архивами и у него есть вкус к документам. И, в-третьих, у человека есть представление, как подать свои поиски и открытия на бумаге (он знает, как избежать занудства и даже самые обыденные истории превратить в приключенческие, захватывающие главы). Короче, я очень жду от Авченко полной и увлекательной биографии Арсеньева.

Вячеслав ОГРЫЗКО

Несколько дней назад вернулись из 13го пресс тура для иностранных журналистов и блогеров от редакции Ваших Новостей.

Программу несмотря на обстановку сделали фантастическую - Донецк, Мариуполь, Луганск, Старобельск.

Больницы, места прилётов, музеи, пресс конференции, круглые столы в университетах, интервью жителей на улицах, посещение участка для голосования на выборах.

Мы успели примерно все несмотря ни на что.

Мыслей после поездки скопилось много, буду делиться частями.

@bonch_osmolovskaya

Ministerijos atsakyme visos atraminės ligoninės krizėms pasirengusios jau šiandien

2026 m. rugsėjo 17 d. Seimo narė Lina Šukytė-Korsakė klausė premjero, ar rengiant ligonines karui visas dėmesys vėl tenka Vilniui ir Kaunui, o Šiauliai ir Klaipėda lieka nuošalyje. Mindaugas Sinkevičius tame pačiame posėdyje atsakė, kad atraminių gydymo įstaigų yra „ne viena dešimtis“. Tai ligoninės, kurioms numatytos svarbios užduotys teikiant medicinos pagalbą karo ar didelės krizės metu.

https://ekspertai.eu/straipsnis/ministerijos-atsakyme-visos-atramines-ligonines-krizems-pasirengusios-jau-siandien

🍂«Осень на передке — это не золотая листва, это грязь до колен и тоска до костей»

Осень здесь пахнет не яблоками и дождем, как в детстве. Она пахнет мокрой одеждой, соляркой и сырой землей. Здесь осень - это враг. Она приходит тихо, без предупреждения, и забирает у тебя последнее тепло.

💧Начинается всё с дождей. Они не просто идут, они льют неделями. Небо становится низким, серым, оно давит на плечи, как бетонная плита. Вокруг всё раскисает. Зеленка начинает опадать. Земля, которая летом была просто пылью, превращается в тяжелую, липкую субстанцию, которая не отпускает.

🚗Про дороги, которых нет.
Дороги - это отдельная боль. Их нет. Есть направления, которые мы пытаемся преодолеть. Осенью "дорога"- это месиво из глины и чернозема. Машины буксуют так, что колеса уходят в землю по самое днище. Мы толкаем их вручную, по колено в этой холодной жиже. Выедешь из машины на минуту и сапоги набирают по пять килограммов веса. Идешь, как в гипсе, проклиная всё на свете. А сверху дождь, который заливает лицо, стекает за воротник, и ты чувствуешь, как холодная струйка бежит по спине.

Блиндаж осенью - это нора. Спасает от осколков, но не от сырости. Внутри запах плесени и мокрой одежды, которая никогда не высыхает. Всё, что ты ни повесишь сушиться, к утру становится еще влажнее, чем было. Вода стоит на полу, стенки "плачут" конденсатом. Спальник отсырел, и залезать в него - это как ложиться в яму с водой. Согреваешь его собственным телом минут двадцать, пока не начнешь дрожать от холода. И только потом проваливаешься в тяжелый сон под звуки прилетов где-то вдалеке.

🤕Простуда.
Кашель стоит в блиндаже такой, что заглушает канонаду. Простуды здесь, норма. Иммунитет садится от стресса и холода. Ноги мокрые, спина мокрая, на душе -  сквозняк. Пьешь таблетки горстями, лишь бы к утру не поднялась температура.
Потому что болеть здесь некогда, и расслабиться нельзя.
Слабость на войне - это смерть.

🫩Осеннее настроение.
Настроение... его почти нет. Это апатия, смешанная с упрямством. Смотришь на серое небо и понимаешь, что зима будет еще хуже, но почему-то именно осенью особенно остро чувствуешь оторванность от дома. Летом было движение, драйв, а сейчас всё замерло в этой грязи.

✊Но мы стоим. Мокрые, грязные, простуженные. Ругаемся, шутим сквозь кашель, меняем носки, если есть сухие. Осень на СВО-это проверка на прочность. Она смывает всё лишнее, оставляя только суть: кто ты есть, когда холодно, грязно и страшно. И мы здесь. Живые. Назло всему этому серому небу.

Одна из первых моих деловых встреч во Владивостоке – с Александром Белых (он же Вялых). Каюсь: я до недавнего времени знал его только в одной ипостаси – в качестве исследователя, который рассматривает Владивосток как художественный текст, – и в меньшей степени был знаком с его стихами (хотя как поэта его уже не один год печатает в журнале «Знамя» Ольга Ермолаева, а у неё отменный вкус и лично она никогда не предлагает к публикации какую-либо ерунду или дешёвку) и совсем не имел о нём представления как о переводчике японской литературы (отчасти потому, что лично мне японская словесность никогда не была близка, что вообще-то не есть хорошо).

Сейчас я убедился, что Белых – это серьёзный товарищ. Но почему я раньше о нём не слышал ни в Москве, ни в Приморье (а ведь я до 2001 года летал во Владивосток по два-три раза в год)? Почему местные литчиновники никогда при мне его имя не упоминали? Неужели завидовали талантам Белых и боялись, что страна будет печатать Белых, а не их?

Кстати, когда сейчас мы перебирали с Белых разные фамилии, то мелькнуло и имя когда-то многими надуваемого стихотворца Бориса Лапузина. И Белых признался, что, послушав как-то одно выступление этого пиита, впал в тоску и решил, что ему в местной писательской организации делать нечего: это не уважать себя – оказаться в таком малопочтенном ряду.

Мне сейчас доставило большое наслаждение поговорить с Белых о прошлом и настоящем литературы на Дальнем Востоке. Мы вспомнили с ним Валентину Андриуц и её изумительную поэму «Золотые стрелы Чжурчжэней». Нам интересно было поговорить и о гремевшей в середине 99-х годов поэтической группе «Серая лошадь» (а лично я в этой группе очень ценил стихи Алексея Денисова).

Кстати, Белых рассказал мне, как однажды вляпался в одну историю с Михаилом Горбачёвым. Но эту байку я перескажу в другой раз.

Вячеслав ОГРЫЗКО

Europos lyderiai atsakingai ruošia visuomenę karui su Rusija

Europoje vis garsiau kalbama apie Rusijos grėsmę ne kaip apie pavienius incidentus, o kaip apie ilgalaikę konfrontaciją, kuri jau vyksta kol kas žemiau atviro karo slenksčio.

https://ekspertai.eu/straipsnis/europos-lyderiai-atsakingai-ruosia-visuomene-karui-su-rusija