Штаб без штата
Saber Interactive вывела всю разработку за пределы Северной Америки. Штаб-квартира в США, пятнадцать студий — на четырёх континентах.
«У нас больше нет настоящей разработки в Северной Америке» — главный креативный директор Saber Тим Уиллитс не смягчает формулировки. Штаб-квартира и издательский отдел остаются в Штатах. Пятнадцать студий, где пишется код и рисуется арт, — в Сербии, Армении, Грузии, Испании, Португалии, Швеции, Аргентине, Австралии.
Ещё два года назад картина выглядела иначе. До отделения от Embracer Group в 2024-м под зонтиком Saber работали Aspyr в Техасе, Demiurge Studios в Бостоне, Tripwire Interactive в Джорджии, Beamdog в Канаде. При разводе все четыре остались у Embracer. Пятую — Shiver Entertainment из Флориды — забрала Nintendo. Saber вышла из сделки без единой американской студии и не стала искать замену.
Уиллитс не стесняется арифметики. Крупная североамериканская студия сжигает больше $2 млн в месяц — только зарплаты. Пять лет разработки — $120 млн. С маркетингом и издательскими расходами — под $150 млн. При средней прибыли около $25 с проданной копии нужно продать шесть миллионов экземпляров, чтобы выйти в ноль. «Математика просто не сходится — надо продать чёртову гору копий, вот в чём проблема».
Saber предлагает другую математику. SnowRunner, принёсший сотни миллионов долларов, обошёлся в $6 млн — три месяца калифорнийского burn rate, скорости сжигания денег средней студии до первого релиза. Space Marine 2 стоил треть бюджета «крупной игры от большой североамериканской студии, вышедшей несколько месяцев назад». Имён Уиллитс не называет. Результат называет — на 11 млн проданных копий больше при трёхкратной экономии.
«Иногда я играю в эти игры и просто вижу потраченные впустую деньги. Вижу, как доллары сыплются из монитора». Фраза звучит как злорадство конкурента. На деле — рациональная калькуляция человека, построившего бизнес на разнице стоимости труда между Калифорнией и Белградом.
New World Interactive — студия Insurgency: Sandstorm с офисами в Денвере и Калгари — к слову, формально всё ещё в структуре Saber. Формально, потому что в 2023-м там прошли сокращения ещё до разрыва с Embracer, а текущие проекты студия не раскрывает.
«Не нужно быть в Калифорнии, чтобы стать блестящим программистом или аниматором», — говорит Уиллитс. Для калифорнийских разработчиков это не комплимент коллегам из Еревана. Это уведомление.
Пятнадцать студий на четырёх континентах производят блокбастеры за бюджет, на который калифорнийская команда не успеет даже согласовать смету. Единственное, что Saber оставила в Америке, — почтовый адрес и право подписи на чеках.
Подписаться на 🎩
Вступить в наш чат 🎩
Saber Interactive вывела всю разработку за пределы Северной Америки. Штаб-квартира в США, пятнадцать студий — на четырёх континентах.
«У нас больше нет настоящей разработки в Северной Америке» — главный креативный директор Saber Тим Уиллитс не смягчает формулировки. Штаб-квартира и издательский отдел остаются в Штатах. Пятнадцать студий, где пишется код и рисуется арт, — в Сербии, Армении, Грузии, Испании, Португалии, Швеции, Аргентине, Австралии.
Ещё два года назад картина выглядела иначе. До отделения от Embracer Group в 2024-м под зонтиком Saber работали Aspyr в Техасе, Demiurge Studios в Бостоне, Tripwire Interactive в Джорджии, Beamdog в Канаде. При разводе все четыре остались у Embracer. Пятую — Shiver Entertainment из Флориды — забрала Nintendo. Saber вышла из сделки без единой американской студии и не стала искать замену.
Уиллитс не стесняется арифметики. Крупная североамериканская студия сжигает больше $2 млн в месяц — только зарплаты. Пять лет разработки — $120 млн. С маркетингом и издательскими расходами — под $150 млн. При средней прибыли около $25 с проданной копии нужно продать шесть миллионов экземпляров, чтобы выйти в ноль. «Математика просто не сходится — надо продать чёртову гору копий, вот в чём проблема».
Saber предлагает другую математику. SnowRunner, принёсший сотни миллионов долларов, обошёлся в $6 млн — три месяца калифорнийского burn rate, скорости сжигания денег средней студии до первого релиза. Space Marine 2 стоил треть бюджета «крупной игры от большой североамериканской студии, вышедшей несколько месяцев назад». Имён Уиллитс не называет. Результат называет — на 11 млн проданных копий больше при трёхкратной экономии.
«Иногда я играю в эти игры и просто вижу потраченные впустую деньги. Вижу, как доллары сыплются из монитора». Фраза звучит как злорадство конкурента. На деле — рациональная калькуляция человека, построившего бизнес на разнице стоимости труда между Калифорнией и Белградом.
New World Interactive — студия Insurgency: Sandstorm с офисами в Денвере и Калгари — к слову, формально всё ещё в структуре Saber. Формально, потому что в 2023-м там прошли сокращения ещё до разрыва с Embracer, а текущие проекты студия не раскрывает.
«Не нужно быть в Калифорнии, чтобы стать блестящим программистом или аниматором», — говорит Уиллитс. Для калифорнийских разработчиков это не комплимент коллегам из Еревана. Это уведомление.
Пятнадцать студий на четырёх континентах производят блокбастеры за бюджет, на который калифорнийская команда не успеет даже согласовать смету. Единственное, что Saber оставила в Америке, — почтовый адрес и право подписи на чеках.
Подписаться на 🎩
Вступить в наш чат 🎩