В седьмой главе синтаксический анализ применяется к греческим текстам, имеющим семитское влияние. Устанавливается, что греч. τότε «тогда» — калька арам. частицы אֱדַיִן (
эдайин), часто связывающей повествование на арамейском в период Второго храма, а греч. ἐγένετο с личным глаголом — калька евр. конструкции с וַיְהִי (
вайhи). Подсчитав, насколько часто эти выражения встречаются, можно сделать предположения о бэкграунде некоторых греческих текстов. Касательно Евангелий эти выводы таковы:
Хоть Матфей и писал по-гречески, он употребляет τότε часто там, где его нет у Марка; по-видимому, родной язык первого евангелиста был арамейский.
Вопреки частому заявлению, что язык Марка полон арамеизмов, в нём яснее усматривается иврит, будь то стилизация или влияние разговорного языка.
У Луки много гебраизмов, причём не пересекающихся с Марком; примечательно, что в Деяниях их почти нет. Это заставляет предпологать независимый еврейский источник у третьего евангелиста.
У Иоанна по сравнению с синоптиками чистый греческий синтаксис.
Себе ещё отмечу любопытное: оказывается, что в рав. литературе притчи было принято произносить по-еврейски даже посреди разговора на арамейском.
Buth R. Distinguishing Hebrew from Aramaic in Semitized Greek Texts, with an Application for the Gospels and Pseudepigrapha //
Ibid. P. 247—319.
#общее #language_environment