Ринчин хедканонит #руфднетерпила

Говоришь, что ты не пидор,
А сам липнешь к мужикам.
Улыбка твоя ядовита,
Когда тянешься к губам.

Даёшь шею целовать,
Сам же стонешь, будто шлюха.
Не желаешь признавать,
Что гомофобность — показуха.

Говоришь, что ты не пидор,
А сам лезешь целоваться.
Твоя «роль» давно разбита,
Не пытайся оправдаться.

Пока Айхан зависает на работе, Наян пробует себя в роли модели. Наблюдать за этим очень интересно, Ринчин на собственной шкуре это испытал.

— Наян, не лезь в шкаф! — он только-только пришёл из кухни, но за мелким не уследил. Тот уже в шкафу. Полностью.

Скоро послышалось недовольное кряхтение и стук вешалки о голову мальчика. Ринчин даже никак не отреагировал, только поднял её и повесил обратно.

Скоро из шкафа вылезла живая вешалка. Наян нацепил на себя две папины кофты и его же зимние сапоги. Они тяжёлые, поэтому упал он сразу же, как вышел.

Ринчин тихо засмеялся и сфоткал это недоразумение, потом покажет Айхану. А пока придётся вставать и снимать всё это с Наяна. Тот долго сопротивляется, но всё же отдает кофты, снимает сапоги и вытаскивает из карманов кольца, спизженные с этого же шкафа.

Айхан вернулся довольно поздно, и спасибо, ведь весь этот бардак Ринчин успел убрать. Шкаф закрыт, вещи на местах, Наян спокойно играется в игрушки.

А потом Туймаада не найдёт несколько своих колец и замочка на сапогах.

И даже спустя столько лет,
Эти шрамы я всё ещё вижу.
И даже пройдя много бед,
Всё равно их все ненавижу.

И стоя перед зеркалом в ванной,
Я говорю, что теперь счастлив.
Но на мне все ещё шрамы,
Которые никогда не увязнут.

Бутылка дорогой выпивки стоит уже пустая. Саша решил так культурно посидеть с Костей, в итоге сейчас оба бухие в стельку, зато счастливые. Как раз в таком состоянии Романов решил рассказать о том, как недавно послал нахуй Московский.

— Я прям в лицо ему высказал всё, что о нём думаю. — Он громко хохочет и виснет на Косте.

Уралов гордо улыбается и, поставив бокал на стол, с лёгкостью сажает Романова к себе на колени.

— Давно пора было. — Язык у него заплетается, и на полноценные предложения разума не хватает.

Зато хватает разума в очередной раз за вечер утянуть Сашу в пьяный поцелуй. Тот и не сопротивляется, отвечает, хотя сам ни черта не соображает.

Скоро Александр отстраняется и продолжает рассказывать свои выдуманные истории. Откровенно врёт, ведь Ивану Грозному точно руку не пожимал и Лжедмитрия первого не видел.

К концу вечера, а именно в три ночи, Романов в отрубе валяется на кухне. Косте пришлось осиливать самого себя и нести его в комнату. То ли Саша поправился, то ли он настолько бухой, что ослабел за один день, непонятно.

Утром оба пожалеют, что вылакали столько алкоголя, но пока это волнует только голодного Неву и соседей, которые точно слышали их увлечённые крики тупых споров.