"Несомненным свидетельством ухудшения в настроениях крестьянства было усиление кулацких мятежей в конце 1920 — начале 1921 г. Мятежи вспыхнули на Украине и Юго-Востоке, в Сибири, Поволжье и в центральных губерниях. Расширилась территория, непосредственно охваченная выступлениями. Мятеж в Западной Сибири, например, охватил территорию почти всей Тюменской губернии и соседние уезды Челябинской, Екатеринбургской и Омской губерний. Возросла и массовость выступлений. Об этом свидетельствует хотя бы факт создания мятежниками крупных по численности воинских частей. Отряды Антонова в начале 1921 г. насчитывали до 50 тыс. человек, численность западносибирских мятежников только в Ишимском уезде доходила до 60 тыс.
Мятежи стали более длительными, упорными. Борьба с кулацким мятежом на Тамбовщине длилась почти год, в Западной Сибири сопровождалась крупными военными операциями в первой половине 1921 г...
Однако главная причина роста кулацких восстаний заключалась в том, что в них стала участвовать часть середняков, выражавших недовольство разверсткой. Это было свидетельством ослабления союза рабочего класса и крестьянства, одним из самых опасных проявлений того, что военно-политический союз изжил себя, что требовались иные методы и формы налаживания отношений между рабочими и крестьянами.
Трудовое крестьянство не было настроено антисоветски. Но его недовольство тяготами разверстки, перераставшее в недовольство системой военного коммунизма вообще, его стремление свободно распоряжаться излишками своего производства использовались кулачеством в антисоветских
целях. Оставаясь по своему характеру кулацкими, выступления крестьян в конце 1920 — начале 1921 г. вместе с тем вобрали в свои ряды и часть крестьян-середняков и даже бедноты.
Наряду с лозунгами об отмене продразверстки, о несдаче хлеба выдвигалось и политическое требование — «Советы без коммунистов»...
Контрреволюция, потерпев поражение в гражданской войне, стремилась использовать мелкобуржуазную стихию, опереться на нее. Контрреволюция выдвигала идею «третьей силы», средней между большевизмом и капиталистической реставрацией. На деле, конечно, такой промежуточной силы не существовало. Промежуточным был лозунг «Советы без коммунистов». Он должен был, по мысли контрреволюционных сил, стать промежуточным, переходным к прямой буржуазно-помещичьей диктатуре".
История советского крестьянства. Т. 1. 1986 год.
Мятежи стали более длительными, упорными. Борьба с кулацким мятежом на Тамбовщине длилась почти год, в Западной Сибири сопровождалась крупными военными операциями в первой половине 1921 г...
Однако главная причина роста кулацких восстаний заключалась в том, что в них стала участвовать часть середняков, выражавших недовольство разверсткой. Это было свидетельством ослабления союза рабочего класса и крестьянства, одним из самых опасных проявлений того, что военно-политический союз изжил себя, что требовались иные методы и формы налаживания отношений между рабочими и крестьянами.
Трудовое крестьянство не было настроено антисоветски. Но его недовольство тяготами разверстки, перераставшее в недовольство системой военного коммунизма вообще, его стремление свободно распоряжаться излишками своего производства использовались кулачеством в антисоветских
целях. Оставаясь по своему характеру кулацкими, выступления крестьян в конце 1920 — начале 1921 г. вместе с тем вобрали в свои ряды и часть крестьян-середняков и даже бедноты.
Наряду с лозунгами об отмене продразверстки, о несдаче хлеба выдвигалось и политическое требование — «Советы без коммунистов»...
Контрреволюция, потерпев поражение в гражданской войне, стремилась использовать мелкобуржуазную стихию, опереться на нее. Контрреволюция выдвигала идею «третьей силы», средней между большевизмом и капиталистической реставрацией. На деле, конечно, такой промежуточной силы не существовало. Промежуточным был лозунг «Советы без коммунистов». Он должен был, по мысли контрреволюционных сил, стать промежуточным, переходным к прямой буржуазно-помещичьей диктатуре".
История советского крестьянства. Т. 1. 1986 год.