#оффтоп #феепрактики #цитаты
(М. Ямпольский. Сквозь тусклое стекло...).
Талисманы и амулеты опасны не тем, что служат материальной основой закрепления предрассудков магического мышления (на феноменальном уровне там всё работает, психологически нам для того и нужны "якоря", личные подарки, знаки отличия и сувениры). Есть, конечно, что-то наивно-дьявольское в желании "пленить небесные силы", но если перефразировать и расставить акценты иначе — на способе припоминать ключевые идеи — то, казалось бы, всё в порядке.
Но опасность припоминать с помощью талисманов скорее в том, что эмблема носит исключительный характер. Так, в конце концов, можно притянуть за уши что-то, не имеющее к вам прямого отношения.
В этом, собственно, и состоял нерв сократических вопросов: сперва пойми, что ты знаешь и что вы можете, какими искусствами владеете, а какими нет — и в процессе станет яснее... кем же вы не являетесь.
Мы ведь себя знаем не так уж хорошо — откуда же нам знать, какой из 72 (или любого другого числа) ангелов — наш ангел-хранитель? Что помешает выдавать желаемое за действительное? В конечном счете — а если все в это поверят, станет ли это правдой? Или останется ловкой махинацией?
Потом я подумала: тогда учение о 99 именах Аллаха — это своего рода талисман представлений о божественных совершенствах. Но таким образом мы не понимаем, каков Бог... скорее, мы учимся помнить о том многом, чего нам недостаёт.
А что если глядя на талисман, думать не о том, какого ангела-покровителя вы притянете с его помощью? А напоминать себе о том, что раз это напоминание о чем-то, чего у вас нет?
Но ограничивая внимание, заключая эту нехватку в украшение, мы отвлекаемся от всего остального — как будто бы всё прочее уже было при нас.
Главная беда талисманов в том, что не люди ими владеют, а они, будучи лишь частичными идеями, завладевают людскими представлениями о себе.
Как вы поняли, я сторонница магических зеркал. И вот уже второе утро подряд созерцаю в своих магических зеркалах (то есть, окнах обыкновенных) солнечную погоду, что не может не радовать.
«Агриппа позаимствовал у Марсилио Фичино идею о том, что идеи спускаются в нижний мир с помощью звездных изображений — эмблем, диаграмм, иероглифов астрологического типа. Фичино отводил центральную роль воображению, которое он называл idolum. Воображение занимало промежуточное положение между высшими мирами и человеком, осушествляя связь высших сфер с телом и умом человека. Оно было населено образами, которые и являлись своего рода космическими архетипами, спустившимися в душу человека. Образы позволяли притягивать «духовные лучи» планет. Талисманы и понимались как такие образы, осуществлявшие связь души человека и его тела с планетами, определяющими его судьбу. Эудженио Гарен так суммирует существо талисманов: «Небесные силы ловятся, усмиряются или используются благодаря их пленению в фиктивных материальных репрезентaцияx: талисманах, амулетах, способных поглощать и концентрировать астральные силы».
То, что зеркало «Магии Ангелов» работает по принципу талисмана, очевидно хотя бы из того, что перед явлением ангела в нем должен появиться «некий прекрасный цвет, висящий внутри или возле камня или стекла, подобный яркому облаку». Этот развоплощенный цвет — знак того, что свет из небесной сферы, невидимый свет ангела, спустился вниз и начинает материализоваться в виде цвета, который считался воплощением света, при его смешении с материальностью земного мира.
Но между талисманом и магическим зеркалом есть и существенная разница. Талисман обыкновенно фиксирует гороскоп того человека, для которого он делается. Эта попытка закрепить благоприятную конфигурацию небесных тел в виде образов предназначена исключительно для того или иного индивида. Другое дело зеркало. Здесь нет никакой индивидуальной селекции, улавливаются все ангелы, фигурируют все 72 Schemhamphoras».
(М. Ямпольский. Сквозь тусклое стекло...).
Талисманы и амулеты опасны не тем, что служат материальной основой закрепления предрассудков магического мышления (на феноменальном уровне там всё работает, психологически нам для того и нужны "якоря", личные подарки, знаки отличия и сувениры). Есть, конечно, что-то наивно-дьявольское в желании "пленить небесные силы", но если перефразировать и расставить акценты иначе — на способе припоминать ключевые идеи — то, казалось бы, всё в порядке.
Но опасность припоминать с помощью талисманов скорее в том, что эмблема носит исключительный характер. Так, в конце концов, можно притянуть за уши что-то, не имеющее к вам прямого отношения.
В этом, собственно, и состоял нерв сократических вопросов: сперва пойми, что ты знаешь и что вы можете, какими искусствами владеете, а какими нет — и в процессе станет яснее... кем же вы не являетесь.
Мы ведь себя знаем не так уж хорошо — откуда же нам знать, какой из 72 (или любого другого числа) ангелов — наш ангел-хранитель? Что помешает выдавать желаемое за действительное? В конечном счете — а если все в это поверят, станет ли это правдой? Или останется ловкой махинацией?
Потом я подумала: тогда учение о 99 именах Аллаха — это своего рода талисман представлений о божественных совершенствах. Но таким образом мы не понимаем, каков Бог... скорее, мы учимся помнить о том многом, чего нам недостаёт.
А что если глядя на талисман, думать не о том, какого ангела-покровителя вы притянете с его помощью? А напоминать себе о том, что раз это напоминание о чем-то, чего у вас нет?
Но ограничивая внимание, заключая эту нехватку в украшение, мы отвлекаемся от всего остального — как будто бы всё прочее уже было при нас.
Главная беда талисманов в том, что не люди ими владеют, а они, будучи лишь частичными идеями, завладевают людскими представлениями о себе.
Как вы поняли, я сторонница магических зеркал. И вот уже второе утро подряд созерцаю в своих магических зеркалах (то есть, окнах обыкновенных) солнечную погоду, что не может не радовать.