Сижу на смене в блиндаже, пялюсь в монитор. Глаза уже как у снулой воблы от этого «водопада» частот. Эфир гудит, ВСУ на своих диапазонах опять какую-то суету наводят, но мы их давим потихоньку. И тут ловлю знакомый всплеск. Аналоговый видеоканал прорезался — мощный, ровный. Цепляюсь сканером, вывожу картинку на второй экран.
Думаю, ну, сейчас увижу наши позиции сверху, или как эта сутулая птичка летит сброс делать.
А на экране — нихуя. Какая-то размытая травинка на весь монитор, шматок засохшей грязи, и по нему, блядь, медленно ползет муравей.
Начинаю соображать. Ага, это ж «ждун». Хитрая задумка, мать их: залетает такой ФПВ-камикадзе с мощной батареей к нам в тыл, падает в кусты у дороги, глушит моторы и ждет в засаде. Экономит энергию. Как только мимо едет наша броня или «буханка» — он заводится и влетает прямо в цель. Смертоносная хуета. Элита беспилотной авиации. Цифровой ниндзя, ебать его в рот.
Только вот конкретно этот ниндзя — лох. Абсолютный, блядь, феерический лох.
Он, сука, на посадке то ли ветер не рассчитал, то ли за ветку зацепился, но пизданулся вверх тормашками. Лежит на спине в колее, как перевернутая черепаха-инвалид. Пропеллеры в грязь вмялись, лапки к небу торчат, батарея яйца греет. А камера тупо пялится в лужу.
Смотрю на это уёбище и ржу так, что чуть термос не смахнул со стола. Представляю: по ту сторону радиоканала сидит сейчас какой-нибудь их оператор. Потеет, ждет перемоги. У него по инструкции — режим радиомолчания и засада. А его высокотехнологичный супер-дрон, гроза фронта, лежит кверху пузом и снимает макро-кино про жизнь ебаных насекомых.
И ведь сделать он ничего не может! Даст по газам, чтобы взлететь — винты просто вкрутятся в чернозем, он сам себя переломает и сожжет движки к хуям собачьим.
Жму тангенту, вызываю смежников из пехоты:
— Парни, у вас там в лесополке, квадрат ноль-восемь, терминатор недоделанный валяется. Идите заберите этого долбоёба, пока он заряд не высадил. Только аккуратно, на нем кумулятив висит. Прямо в колее лежит, лапки кверху сложил.
Сижу, пью остывший кофе. Экран мерцает. Муравей по объективу уже до правого края дополз. Операция века, блядь.
Ждун хуев.
Думаю, ну, сейчас увижу наши позиции сверху, или как эта сутулая птичка летит сброс делать.
А на экране — нихуя. Какая-то размытая травинка на весь монитор, шматок засохшей грязи, и по нему, блядь, медленно ползет муравей.
Начинаю соображать. Ага, это ж «ждун». Хитрая задумка, мать их: залетает такой ФПВ-камикадзе с мощной батареей к нам в тыл, падает в кусты у дороги, глушит моторы и ждет в засаде. Экономит энергию. Как только мимо едет наша броня или «буханка» — он заводится и влетает прямо в цель. Смертоносная хуета. Элита беспилотной авиации. Цифровой ниндзя, ебать его в рот.
Только вот конкретно этот ниндзя — лох. Абсолютный, блядь, феерический лох.
Он, сука, на посадке то ли ветер не рассчитал, то ли за ветку зацепился, но пизданулся вверх тормашками. Лежит на спине в колее, как перевернутая черепаха-инвалид. Пропеллеры в грязь вмялись, лапки к небу торчат, батарея яйца греет. А камера тупо пялится в лужу.
Смотрю на это уёбище и ржу так, что чуть термос не смахнул со стола. Представляю: по ту сторону радиоканала сидит сейчас какой-нибудь их оператор. Потеет, ждет перемоги. У него по инструкции — режим радиомолчания и засада. А его высокотехнологичный супер-дрон, гроза фронта, лежит кверху пузом и снимает макро-кино про жизнь ебаных насекомых.
И ведь сделать он ничего не может! Даст по газам, чтобы взлететь — винты просто вкрутятся в чернозем, он сам себя переломает и сожжет движки к хуям собачьим.
Жму тангенту, вызываю смежников из пехоты:
— Парни, у вас там в лесополке, квадрат ноль-восемь, терминатор недоделанный валяется. Идите заберите этого долбоёба, пока он заряд не высадил. Только аккуратно, на нем кумулятив висит. Прямо в колее лежит, лапки кверху сложил.
Сижу, пью остывший кофе. Экран мерцает. Муравей по объективу уже до правого края дополз. Операция века, блядь.
Ждун хуев.