— Не начинается. Я просто хочу, чтобы ты выглядел как нормальный человек, а не как спившийся аристократ из восемнадцатого века.
Сириус, в одних трусах, с мокрыми после душа волосами, стоял перед зеркалом, пока Римус колдовал над его головой. На этот раз заплетал туго, аккуратно, по-настоящему.
— Осторожнее, — прошептал Сириус. — Так нежно меня ещё никто не причёсывал.
— Заткнись.
— А джинсы какие?
— Чистые. Чёрные. Без дырок. И рубашку.
— Ты меня к маме готовишь?
— Я тебя готовлю так, чтобы нас пустили в чёртов бар, где я выпью твой бесплатный второй напиток.
— А потом ты снова начнёшь читать нотации, что пить вредно.
— Обязательно, — пообещал Римус, закрепляя последнюю прядь. — Но это будет после третьего коньяка. А после третьего мне уже будет всё равно.
Сириус развернулся, посмотрел на своё отражение — причёсанный, ухоженный, почти приличный — и расхохотался.
— Римус, ты мой самый токсичный терапевт без диплома.
— А ты мой самый дорогой пациент. Пошли уже. И не вздумай пить на пороге.
Сириус, естественно, сделал глоток из карманной фляжки.
