колготочная

когда мне было года три,
я на голове носила колготки.
"просто я зайчик внутри
хочется быть и снаружи красоткой".
выбегая во двор,
я их заплетала в косичку,
какой же метахардкор,
плакали всей электричкой.
подобный, вообще, головной убор
красит маленьких женщин настолько,
становится сложно давать отпор
странным дядям и теткам.
— ой какой милый малыш,
ух, какие у нас щечки!
— слушай, тетя, если ты ночью
с моим папочкой спишь,
это не дает тебе права
распускать свои руки, как бомж,
цитирующий Окуджаву.

в 10 лет я носила цветные колготки,
но уже на ногах,
плакала, глядя на мамины фотки,
где она молода.
ее синий тренч и каре на ветру,
волосы — черные с белым,
памятник первый второму петру,
я тебе б колыбельные пела.
я уже взрослая, я ведь могу,
правда, пугаюсь своего тела,
нет, еще не проклюнулась грудь,
зато видела, как души летели
вниз и вверх с девятого этажа
неугомонной стаей.
дед, не успела тебя поддержать,
а ты уж унесся с ключами от рая.

в 18 лет... ну куда там без дыр
на черном прозрачном капроне,
я никогда не любила сыр,
ну разве что маскарпоне.
но ты сыр любил,
я любила тебя,
так что только и оставалось сил
тихо вздыхать "судьба".
нас принимали за лесбиянок,
так и было во многом,
мы избегали шумных пьянок
общажных бандерлогов.
и до сих пор пароль, алиллуйя,
моей банковской карты —
дата нашего первого поцелуя
на мостике кутузовского монмартра.

а сейчас я смотрю на обтянутых сеткой
и превращаюсь в безумную чайку,
они подходят стрельнуть сигаретку,
а я смеюсь, вспоминая колготки и зайку.

мертвое время уже не вернуть,
может быть, сейчас это странно,
так начинался мой поэтический путь.
здравствуйте, меня зовут анна.