ПОЭЗИЯ И АСКЕТИЧЕСКИЕ ПРАКТИКИ АНТИЧНОСТИ
В “Герменевтике субъекта” Мишель Фуко говорит интересную вещь об античных аскетических практиках. Субъект, желающий познать истину, должен изменить себя, трансформироваться, то есть -- подготовиться к встрече с истиной, к ее посещению и ответному действию на субъект. Чистый гносис (умственное познание истины) в то время не возможен: необходима антропологическая трансформация субъекта, совершаемая через действенное, преобразующее познание себя (gnōthi seauton). Позже, в европейской культуре, акт познания освободится от необходимости предварительной трансформации познающего. На сцену выйдет рациональный субъект, способный умом схватывать природу вещей, оставаясь при этом прежним, таким, какой есть.
Все это имеет прямое отношение к поэтической практике, субъект которой может быть очень разным, как и природа созданных им текстов. Текст может быть рациональным проектом, результатом умственного созерцания вещей (того самого гносиса). Может быть плодом внутренней работы субъекта над собственной ψυχή (душой), над отношением себя к пространству, себя к другим (и здесь же всегда желания, эрос), то есть следствием или причиной внутренней перемены субъекта, той самой метанойи (μετάνοια, перемена ума). Текст может быть и сложным продуктом синтеза познавательного (гносис) и чувственного (эрос) опыта. Все это критически важно, поскольку отсылает к вопросу о точке, из которой говорит поэтический субъект, и о способе его действия. То есть: к вопросу коммуникации и разворачивания пространства -- ключевым свойствам-функциям текста, как и искусства вообще.
#медитации
В “Герменевтике субъекта” Мишель Фуко говорит интересную вещь об античных аскетических практиках. Субъект, желающий познать истину, должен изменить себя, трансформироваться, то есть -- подготовиться к встрече с истиной, к ее посещению и ответному действию на субъект. Чистый гносис (умственное познание истины) в то время не возможен: необходима антропологическая трансформация субъекта, совершаемая через действенное, преобразующее познание себя (gnōthi seauton). Позже, в европейской культуре, акт познания освободится от необходимости предварительной трансформации познающего. На сцену выйдет рациональный субъект, способный умом схватывать природу вещей, оставаясь при этом прежним, таким, какой есть.
Все это имеет прямое отношение к поэтической практике, субъект которой может быть очень разным, как и природа созданных им текстов. Текст может быть рациональным проектом, результатом умственного созерцания вещей (того самого гносиса). Может быть плодом внутренней работы субъекта над собственной ψυχή (душой), над отношением себя к пространству, себя к другим (и здесь же всегда желания, эрос), то есть следствием или причиной внутренней перемены субъекта, той самой метанойи (μετάνοια, перемена ума). Текст может быть и сложным продуктом синтеза познавательного (гносис) и чувственного (эрос) опыта. Все это критически важно, поскольку отсылает к вопросу о точке, из которой говорит поэтический субъект, и о способе его действия. То есть: к вопросу коммуникации и разворачивания пространства -- ключевым свойствам-функциям текста, как и искусства вообще.
#медитации