ᴄᴛᴀᴩхᴀᴇᴨ ɜᴀᴩиᴄᴏʙᴋи

Анна прижимала Лэйн к полу, с силой удерживая её запястье. Пистолет в её руке был направлен прямо на грудь лежащей, но в её взгляде не было ярости только холодная, болезненная одержимость.

Лэйн тяжело дышала, пальцы сжимали рукоятку её собственного оружия, ствол которого был направлен в сторону Анны. Их взгляды встретились темнота в глазах одной отражалась в другой, как в зеркале.

—"Ты всегда делаешь это сложным, Лэйн" голос Анны был низким, угрожающим, но почти нежным. —"Почему ты просто не примешь, что принадлежишь мне?"

—"Потому что твоя любовь душит меня" прошептала Лэйн, её голос дрожал, но пальцы не ослабляли хватку на пистолете. — "Ты не оставляешь мне выбора"

Анна наклонилась ниже, их лица оказались опасно близко.

"У тебя никогда не было выбора" - её губы дрогнули в подобии улыбки. — "Ты знаешь, что я не отпущу. Даже если тебе придётся меня убить."

—"Я должна была выстрелить ещё тогда" в её голосе послышалась горечь, но в глазах читалась борьба. — "Но вместо этого я всё ещё здесь. С тобой. На этом проклятом месте."

Анна улыбнулась шире, почти удовлетворённо.
—"Потому что ты любишь меня. Так же, как я люблю тебя."

Лэйн резко дернула запястьем, пытаясь вырваться, но Анна лишь сильнее прижала её к полу.
—"Это не любовь. Это война."

Анна чуть склонила голову набок, словно обдумывая её слова.
—"Тогда воюй, Лэйн. Сражайся со мной, ненавидь меня, стреляй, если сможешь. Но ты знаешь, чем это закончится. Мы оба знаем."

Палец Лэйн едва заметно дрогнул на спусковом крючке, но она так и не нажала его. Анна смотрела на неё, словно уже выиграла.

Она проснулась от ледяного прикосновения — словно сама тень скользнула по её коже, оставив после себя дрожь. Перед ней стоял он, в чёрной маске, безликий, пугающий. Его руки, холодные, как мрамор, держали камеру, и вспышка света прорезала темноту, озарив их лица.

— В мои руки попало то, что я так долго искала… Охотник на демонов, — ее голос был низким, словно шёпот тьмы, от которого сердце пропускало удары.

Она потянулась к маске, не дрогнув, срывая её в порыве не страха, но упрямого любопытства. То, что открылось её глазам, заставило её замереть.
— Ян? — прошептала она, пальцы нежно коснулись шрама на его лице, словно пытаясь убедиться в реальности происходящего. Её взгляд, полный растерянности, но и неоспоримой победы, встретился с его.

Едва она отвлеклась, свет вспыхнул вновь. Но на экране камеры появилось не её отражение. Её собственное лицо, искажённое тоской, тянулось к ней из тьмы, окружённое жуткими улыбками. Оно шептало что-то беззвучно, слова, которые, казалось, проникали прямо в сознание, посылая волны леденящего ужаса.

— Лэйн, долго ещё будешь теряться в себе? — его голос вывел её из ступора, но он звучал мягко, с тенью насмешки. Ян наблюдал за ней, словно наслаждаясь её испугом.

— С чем я должна возиться? — её голос дрогнул, но она пыталась говорить спокойно. — Ты перекладываешь внимание на себя?

— Нет, Лэйн, — он сделал шаг ближе, холодные пальцы скользнули под её подбородок, поднимая её лицо. — Я про то, что ты не можешь определиться в своих чувствах ко мне. Может, сделаешь это сейчас? Его поцелуй был как удар молнии — нежный и властный одновременно, наполненный жаждой, которую она не могла игнорировать. Ян поглотил её сопротивление, его прикосновение разжигало что-то первобытное, дикое в её душе. Её разум кричал, что это ловушка, но тело покорно отвечало. Её губы были сладки, как спелая вишня, а он, как ураган, разрушал все её внутренние преграды.
Когда он отстранился, её дыхание было сбивчивым, а глаза полны огня и замешательства.
— Ты играешь с огнём, Ян, — прошептала она, пытаясь справиться с накрывшей её бурей чувств.

Он улыбнулся, жестокой, хищной улыбкой.
— Лэйн, огонь — моя стихия.

Он поднял камеру, ещё один снимок. Вспышка заставила её вздрогнуть, а затем её сердце сжалось: она знала, что этот снимок украл ещё одну часть её души.

Её отражение на экране камеры больше не принадлежало ей. Оно превратилось в чужое существо, тянущееся из бездны. Она почувствовала, как невидимая сеть стягивается вокруг неё. Это была не просто камера. Это было окно в мир, где её боль, страх и отчаяние становились узорами на полотне вечности.

— Ты никогда не перестаёшь быть моим вдохновением, — сказал Ян, медленно уходя в тень.

Она осталась лежать в этой комнате, теряя себя каплю за каплей, осознавая, что время утекает так же быстро, как плёнка в камере. Но сможет ли она вырваться? Или её история станет ещё одной строкой в коллекции его вечной темноты?