два пакета с чудесами

Ребекка Куанг, «Йеллоуфейс». Да, я прочитала книгу в корявом переводе, и не спрашивайте, зачем. Очень обидно, что из-за скандала мы пропустили главное. Книга-то крутая, и там есть что обсудить. Но, опять же, из-за перевода, в книге искажен образ главной героини, Джунипер (или Юнипер) Сонг. Только приняв к сведению этот факт, я поняла, почему на всем протяжении книги она меня так сильно раздражала.
Алексей Поляринов, «Кадавры».Тяжело, болезненно, необходимо. Я люблю и «Риф», и «Центр тяжести», и, с недавних времен, еще и «Кадавров», несмотря на некоторую недосказанность всей истории.
Фрэнсис Скотт Фицджеральд, «Великий Гэтсби». Я читала книгу лет пятнадцать назад, потом я, конечно же, посмотрела фильм База Лурмана. И только с третьего раза поняла, как же так получилось, что они убили Миртл. Да, я в сегодня лет сообразила, что герои поменялись машинами. Да, я существую. 
Джаннетт Уоллс «Замок из стекла». Родители главной героини — неудачники, которые завели четырех детей, не в состоянии построить собственную жизнь. В итоге страдать приходится всем, но юная Джаннетт все-таки сумела найти в себе силы для того, чтобы не стать такими, как они. Несмотря на то, что от описания некоторых злоключений у меня из глаз текли кровавые слезы, я не смогла найти на страницах ничего похожего на ненависть. Джаннетт не обвиняет своих родителей. 
В этом лично для меня и заключается ценность «Замка из стекла».

#книжнаянеделя
Коротко о моей организованности: я этот пост начала писать на нонфике, слава богу, что хотя бы апрельском. И вот только сегодня его доделала. В подборку вошли не все книги, про остальные напишу лет через пять.
Гайто Газданов, «Вечер у Клэр». Если вкратце, Гайто Газданов — это российский писатель-эмигрант, который родился в Петербурге, но большую часть жизни провел во Франции. Русскоязычные читатели начали открывать его творчество только в девяностые годы двадцатого века. «Вечер у Клэр» — это небольшой по объему роман, в котором, тем не менее, нашли отражение трагические события начала двадцатого века. Язык Газданова непрост для восприятия, так как автор описывает не события, а свою рефлексию по поводу этих событий. Эту книгу определенно нужно прочитать несколько раз, и чем больше, тем лучше, потому что первое прочтение только приоткрывает верхушку айсберга. 
Саяка Мурата, «Человек-комбини». Главной героине, Кэйко Фурукура, тридцать шесть, она работает в маленьком магазинчике, комбини, не стремиться выйти замуж, завести детей или построить карьеру, из-за чего все ее друзья и родственники считают, что с ней «что-то не так». Устав бороться с «доброжелателями», Кэйко решает, что ей хотя бы для вида нужно стать такой, как все. Вот не скажу, получилось у нее, или нет. Лично мне эта история, прости господи, откликнулась, и еще как. Я прямо-таки узнала себя в главной героине.
Джессика Броуди, «Спасите котика! Все, что нужно для написания романа». В моем случае, конечно, поздно пить боржом, но всё-таки... Книга очень дельная, очень прикладная, содержит кучу полезных советов. Мне в целом понравилось. Один минус: после таких книг хочется все переписать.

И к новостям культуры.
Если кто-то из моих подписчиков не знает, я живу в Туле. И у нас есть такой замечательный кластер «Октава», где проводят разные мероприятия, в том числе и книжные. К нам в свое время приезжал Константин Мильчин, относительно недавно была Евгения Некрасова, и это только навскидку, из тех, кого сразу вспомнила, не погуглив. 
Небольшая историческая справка. «Октава» — это в первую очередь завод, на котором производят всемирно известные микрофоны. В эти микрофоны поют Стинг, Том Йорк и Валерий Кипелов. Вот, теперь вы знаете.
А сегодня у нас выступали Максим Мамлыга и Екатерина Петрова. Максим рассказывал о том, как превратить любовь к книгам в профессию, и я всерьез задумалась, а не стать ли мне писателем. Катин мастер-класс назывался «Как написать рецензию на книгу и литературный обзор», и я для себя очень много полезной информации открыла.
Ещё меня познакомили с Катей Зубаревой из «Книг на Октаве», и тут сама собой появилась шутка о том, что приехал человек из Казани и познакомил двух людей из Тулы. Я почему-то сразу фильм «Москва слезам не верит» вспомнила.

В универе я очень любила записывать перлы преподавателей. У меня на этот случай целая тетрадочка имелась, жаль, сейчас она утеряна.
Впрочем, лучшую фразу всех времён и народов я помню и без тетрадочки, и произнесла ее наша преподавательница культурологии.
Театр возник как синтез кино и литературы.

КОД КРАСНЫЙ! Внимание: КОД КРАСНЫЙ!

#книжнаянеделя

Пишу, чтобы не забыть.
На этой неделе я:
✓ перечитала по-прежнему горячо любимую «Историю с кладбищем» Нила Геймана;
✓ открыла для себя лаконично-аристократичную Амели Нотомб. «Аэростаты. Первая кровь» — это два романа, собственно, «Аэростаты», про студентку Анж, которая обучает литературе очень необычного ученика, и «Первая кровь» — о человеке, который перед расстрелом вспоминает всю свою жизнь. «Аэростаты» мне понравились меньше, хотя бы потому, что я не верю, что вот так на раз-два можно вылечить дизлексию;
✓ Спускалась вниз по лестнице вместе с Джек и Джилл из романа Шеннон МакГвайр «Вниз, сквозь ветки и кости»;
✓ Переживала за судьбы героев романа «Детский бог» Ольги Хейфец. Мне казалось, что в современной российской литературе я для себя открыла все острова, но, слава богу, нет. Спасибо Кате Петровой за интервью, я прямо прониклась!
✓ Перемещались из холодной Арктики в жаркую Индию с Майей, героиней романа «Арктический клуб любителей карри» Дани Редд;
✓ Погружалась (и с трудом выныривала обратно) в обволакивающе-гениальный «Сад» Марины Степновой. Абсолютный литературный шедевр, который ещё долго будет меня преследовать и не отпускать.

Вот такие вот книжные итоги недели.

Сейчас смотрю сериал «Эпидемия», и там в четвертой серии мы встречаем женщину, которая в пустом ресторане бухает и танцует под Киркорова.
Если уж и встречать апокалипсис, то только так, ящитаю!

Нормальный автор: пишет следующую книгу, чтобы написать следующую книгу.
Я: пишу следующую книгу, чтобы перестали сравнивать с Алексеем Сальниковым😁
P. S. И начали сравнивать с Валерией Гай Германикой.

Уговорили!
Непривычный для меня формат — книжный клуб, в котором обсуждают мою книгу. Интересно! (немного страшно, но я вам, конечно же, ничего не говорила)

Поднимите руку, у кого такое было...
Ладно, поехали. Когда ты пишешь текст, из которого вырастаешь раньше, чем успеваешь закончить последнюю главу. Когда вроде бы проделана гигантская работа, и стоило бы себя за это похвалить, но книги как будто бы нет. Есть просто текст, крошечные буквы на белом фоне, много букв, катастрофически много букв, эти буквы точно воробьи на проводах... а книги-то и нет. Или, точнее, она есть, но в ней нет жизни. Пульс не прощупывается. Пациент скорее мертв, чем жив. Доктор, мы его теряем... потеряли. А мой беспокойный мозг устраивает забастовку сценаристов и отказывается дописывать.
Это все доказывает, что книга — это всё-таки живой (еле живой) организм. И это не просто набор плохо связанных друг с другом глав, которые, в свою очередь, состоят из плохо связанных друг с другом абзацев, диалогов, описаний и всякого такого. Как и в человека, в свой текст нужно влюбиться. И в персонажей нужно быть влюбленной, иначе никак. А любые эмоции, какими бы сильными они не бывают, рано или поздно заканчиваются. И на смену им приходит дай бог если пустота. Чаще — отторжение. И вот ты уже сама не понимаешь, что нашла в этом персонаже, в этом диалоге, который прокручивала в башке по сто раз, в этой фразе, в этом нелепом сравнении. Ушла любовь, завяли помидоры.
Я не знаю, как «Экземпляр» дописала, если честно. Там отторжение пошло с самого начала (чё за бред? Нет, Юль, ну что за бред ты придумала? Юль, ты серьезно?), и я каким-то образом его преодолела. Я привыкла к излишней эмоциональности происходящего. И к тому, что герои слишком часто ведут себя как психи.
Так вместе с «Экземпляром», в том же году, родилось ещё два текста. Один я запорола, но он сам, как птичка Феникс, воскрес, переродился, полностью реорганизовался, сменил название, сюжет, персонажей, основную мысль, и вот над ним я сейчас работаю. Другой (третий) — «Сердце из разбитого стекла» я полюбила так сильно, что этой своей любовью и угробила.
Короче.
Мой фильм готов, его осталось только снять.

Давно хотела сделать рубрику, что-то наподобие #музыкапопятницам, и так как сегодня пятница, и вообще, праздник на дворе, решила именно сегодня устроить премьеру данной рубрики. Если мне будет не лень (а весьма вероятно, что будет), я оставлю эту рубрику на постоянной основе.
И начать я решила с песни, которая и дала название этому каналу.
«Animal ДжаZ», 2009 год, альбом «Эгоист».
https://music.yandex.ru/album/1702626/track/15621998?utm_medium=copy_link

К новостям литературы. Я пишу книгу, в которой нет мата. Вообще нет. Совсем нет. Ни слова. Тяжело, но я держусь.
Алло, это прачечная?

Ну что, докладываю, смотрю я это ваше «Слово пацана», уговорили. За три серии дошла от «ну ничего такой кинчик, позырить можно» до «блин, это лучший сериал за последние несколько лет».
Не ожидала.