вскровне

Слушаю беседу Шевелева с Лебедевым, разглядывая скрины из пинку-эйга.
Что вы знаете о мазохизме, Господи прости...

🦇Чувства бесчувствия

Ряд состояний, прибывающих внутри, уселся вполне понятной компанией на лавках триггеров. Для каждого есть отдельный гардероб, цвет, запах, музыка etc. Выходят они без очереди, призываемые порой самыми маленьковыми заусенцами из вне.
Фрау нужна Рифеншталь, Ночной портье, норковый воротник и австрийское платье под Wenn die Sonja russisch tanzt. Сейчас.

Проваливаюсь в кроличью нору субличности. Важно поддерживать, напитывать эти моменты. Когда всё идет верно, чувствую физическую наэлектризованность. Под ладонями вьётся, вокруг ноги пироги (как говорит бабушка).
Ревностно берегу крепостные стены пребывания. И натурально агрюсь, если в быт вмешается кто-то с неподходящим звуком, настроем, скоростью. Поэтому поняла с опытом, что жить могу исключительно одна. Это всё соткано из кучи нюансов, порой неадекватных для возможности соседствовать.

Есть дороги, которыми не хожу. Потому что если посмотрю под определенным углом кое-куда начнёт тошнить. Некоторые ткани не стоит трогать. Несколько синтов в песнях способны изгнать в лимб.
Умею практически всё романтизировать, вытянуть за уши искомый концентрат для какой-то из своих волн. Но есть полный швах. Справедливо к поздним советам (до перестройки). Панелька кор убивает во мне котёнка. Такого найдётся ещё телега.

От долгого нахождения в сатанинских условиях стимлю, херею, дубею. Дальше следует откат до табула раса. Благостные часы ничего, в которых можно было бы остаться. Но для меня, как для человека делающего руками свой хлеб, такое роскошь.
Обнулившись просто плаваю в тумане Прозерпины. Потом заново. Искра, перетекание, устойчивость.

Всё это ничего удивительного. Если читают высокочувствительные люди, то с горько-сладкой улыбкой.

Ебненькие мои, я с вами. Всем по новому замку для каждого из состояний стояний.

На краю мира, там, где вскровне,
Тайная вечеря станет знаменем.
Подземелье темное, полно тайн,
Где гномы трудятся, не зная страха.

Феи и гоблины, одно сообщество,
Собрались вместе, объединили силы.
Секта и культ, черная магия,
Но они - лучшие, красавчики наши.

Шизотерика властно витает здесь,
Шизолес готовит свои заговоры.
Готика в округе, мрачная тень,
Вампиры и ведьмы встречают рассвет.

Феи и гоблины, одно сообщество,
Собрались вместе, объединили силы.
Секта и культ, черная магия,
Но они - лучшие, красавчики наши.

Вместе они сильны, непобедимы,
Друзьями стали в этом странном мире.
Легенды о них теперь будут жить,
Лучшие друзья, навеки они вместе.

Феи и гоблины, одно сообщество,
Собрались вместе, объединили силы.
Секта и культ, черная магия,
Но они - лучшие, красавчики наши.

Феи и гоблины, одно сообщество,
Собрались вместе, объединили силы.
Секта и культ, черная магия,
Но они - лучшие, красавчики наши.

Виконт сгенерила сеткой балладу про вашу покорную слугу.
Приготовьте платки, сейчас будет окропление готикой.

Жду тёплышка, когда окончательно оттает кладбище.
Моё дикое, считай в лесу. С немного вычурной военной аллеей и детской частью в тени. Там одна пионерка при бантах, к которой ходила раньше часто. Леночка Ильичева.

Сейчас как-то чинно всё, аудитория уважаемая здесь. Даже не знаю, что конкретно из кучи происшествий пересказать про место оное.
Во времена одной из готических войн, к примеру, две барышни выложили золотистыми клейкими буквами с могильных венков на самом видном памятнике "Тюлень лох". Тюленем была третья, оппонент в разборках загробных.
Много было есть будет.

А я в каждом новом городище ищу погост. Некогда колесили на машине по Подмосковью много. Сначала прилипаю к окну намагниченному, потом остановить прошу.
Думаю об их косточках. О всех недопетых песнях. Иногда кажется, что в том какое-то неминуемое призвание.

Называла романтической некрофилией. Но романтическая ли она? Смерть видела самую уродливую. Самую горькую чашу пила.
Дедушка по отцу убил бабушку чуть больше 10 лет назад.
Мозги на стене маленькой комнаты. Чёрные дни зимние.

Но быть мне всё ещё тут о путях червей помышляючи.