МЕСТО МИЛОСЕРДИЯ
(Из Ника Кейва)
и они пришли ко мне домой,
чтобы отправить в камеру смертников,
а я, конечно же, не виноват
(примерно полностью),
но (я повторю это еще раз)
мне не страшно умереть.
Я начал привыкать
к объектам и средам,
сколотая эмаль на кружке, свернутая
швабра, лицо Иисуса в баланде, есть
что-то злое в местных обедах, колесах
тележки в коридоре, торчащая из мяса кость —
все вокруг либо хорошо, либо наоборот.
Эти события происходят внутри
ожидания электрического трона,
внутри будто горящей головы.
В КАКОМ-ТО СМЫСЛЕ Я ХОЧУ
ЗАКОНЧИТЬ ТОТ ДОТОШНЫЙ СУД
ГДЕ ОКО ЗА ОКО / ЗУБ ЗА ЗУБ
В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ Я НЕ ВРУ
И МНЕ НЕ СТРАШНО УМЕРЕТЬ
Самое время интерпретировать знаки
и каталогизировать вещи:
почерневший зуб, алая дымка,
стены тоже зловещи, вроде больного
дыхания, что сгущается на затылке.
В камере я слышу, как новорожденный
Христос лежал в яслях, а позже
умер на кресте, в чем, должен сказать,
есть своеобразная рифма, ведь
он был плотником — по крайней мере,
мне так говорили.
У моей хорошей руки есть брат, на пальцах
которого я набил буквы З-Л-О. Эта пятерня
даже не думала сопротивляться.
В раю трон Его сделан из золота,
а Ковчег Завета упакован капоретом,
крышкой, которую также называют
Местом Милосердия.
Из этого места и разворачивается
вся история, и у нас оно сделано
из древесины и проволоки.
Поэтому Бог никогда не вдали,
пока я сгораю заживо.
И вот, я забираюсь на Место Милосердия,
а голова моя (совсем, наголо бритая!)
обернута тонким металлом.
Я вроде мотылька, который пытается
вонзиться в зрачок лампы. Так, изворачиваясь
из тела, я прячусь в смерти (но только на время).
Зато не соврал.
На боевую руку, имя которой З-Л-О,
надето обручальное кольцо, и это Д-О-Б-Р-О.
Бесконечная цепь и мятежная кровь.
А голова моя (совсем, наголо бритая!),
горит моя голова, светится, плавится.
И БЕЗ СОМНЕНИЙ Я ХОЧУ
ЗАКОНЧИТЬ ТОТ ДОТОШНЫЙ СУД
ГДЕ ОКО ЗА ОКО / ЗУБ ЗА ЗУБ
В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ Я НЕ ВРУ
И МНЕ НЕ СТРАШНО УМЕРЕТЬ
и без сомнений я хочу
и без сомнений тошный суд
и без сомнений зуб за зуб
в каком-то смысле я не вру
а может все-таки соврал
(Из Ника Кейва)
и они пришли ко мне домой,
чтобы отправить в камеру смертников,
а я, конечно же, не виноват
(примерно полностью),
но (я повторю это еще раз)
мне не страшно умереть.
Я начал привыкать
к объектам и средам,
сколотая эмаль на кружке, свернутая
швабра, лицо Иисуса в баланде, есть
что-то злое в местных обедах, колесах
тележки в коридоре, торчащая из мяса кость —
все вокруг либо хорошо, либо наоборот.
Эти события происходят внутри
ожидания электрического трона,
внутри будто горящей головы.
В КАКОМ-ТО СМЫСЛЕ Я ХОЧУ
ЗАКОНЧИТЬ ТОТ ДОТОШНЫЙ СУД
ГДЕ ОКО ЗА ОКО / ЗУБ ЗА ЗУБ
В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ Я НЕ ВРУ
И МНЕ НЕ СТРАШНО УМЕРЕТЬ
Самое время интерпретировать знаки
и каталогизировать вещи:
почерневший зуб, алая дымка,
стены тоже зловещи, вроде больного
дыхания, что сгущается на затылке.
В камере я слышу, как новорожденный
Христос лежал в яслях, а позже
умер на кресте, в чем, должен сказать,
есть своеобразная рифма, ведь
он был плотником — по крайней мере,
мне так говорили.
У моей хорошей руки есть брат, на пальцах
которого я набил буквы З-Л-О. Эта пятерня
даже не думала сопротивляться.
В раю трон Его сделан из золота,
а Ковчег Завета упакован капоретом,
крышкой, которую также называют
Местом Милосердия.
Из этого места и разворачивается
вся история, и у нас оно сделано
из древесины и проволоки.
Поэтому Бог никогда не вдали,
пока я сгораю заживо.
И вот, я забираюсь на Место Милосердия,
а голова моя (совсем, наголо бритая!)
обернута тонким металлом.
Я вроде мотылька, который пытается
вонзиться в зрачок лампы. Так, изворачиваясь
из тела, я прячусь в смерти (но только на время).
Зато не соврал.
На боевую руку, имя которой З-Л-О,
надето обручальное кольцо, и это Д-О-Б-Р-О.
Бесконечная цепь и мятежная кровь.
А голова моя (совсем, наголо бритая!),
горит моя голова, светится, плавится.
И БЕЗ СОМНЕНИЙ Я ХОЧУ
ЗАКОНЧИТЬ ТОТ ДОТОШНЫЙ СУД
ГДЕ ОКО ЗА ОКО / ЗУБ ЗА ЗУБ
В КОНЕЧНОМ СЧЕТЕ Я НЕ ВРУ
И МНЕ НЕ СТРАШНО УМЕРЕТЬ
и без сомнений я хочу
и без сомнений тошный суд
и без сомнений зуб за зуб
в каком-то смысле я не вру
а может все-таки соврал