Разве правильно всё это? Вроде бы и обыкновенно для пар всё время обниматься и при людях проявлять ярко свои чувства, а вроде бы и стесняются этого некоторые.
Ли Минхо снова ворвался в личное пространство: прижался к парню и многозначительно на него посмотрел, а Хван и не понимал толком, нравится ли ему это поведение или нет.
—Да, вдвоём,— констатировал факт юноша вполне обычным голосом.
Дрожь скрыть удалось, но это не задевало реакцию тела на действия: разве с любимым человеком рядом чувствуешь стресс? Или Хенджин был чем-то травмирован и ему трудно настолько близко подпускать к себе людей? Одновременно он и видел себя в качестве бойфренда, и нет—что такое? Подростковая неуверенность и первая любовь?
Все эти мысли всплелись в один вопрос:«Почему я так боюсь?»
Придя к выводу, что нужно быть смелым и успокоиться, Хван глубоко, нешумно вдохнул, и также выдохнул, холодными руками обвивая парня за талию, а носом, по самым избитым романтическим клише, уткнулся в темные волосы, пахнушие вкусной вишней. Такие объятия помогли снять лишнее беспокойство, дрожь в пальцах и скованность в теле.
Вцепившись пальцами в серую футболку, Минхо вытянул шею и одарил пробным чмоком, переросшим в нежный поцелуй тёплых губ.
Хенджин ещё в пути познания себя, и в процессе поцелуя вновь удивился: буквально минуты назад смущался от прикосновений, а теперь душу готов отдать, чтобы снова и снова целовать, не прекращая чувствовать любви к слегка нахальному Минхо.
Хван не такой уж и стеснительный, как может показаться на первый взгляд. Да, он из-за чего-то смущается проявлений любовного интереса в свою сторону, но это только на время, ведь главное — это открыться.
Ли Минхо снова ворвался в личное пространство: прижался к парню и многозначительно на него посмотрел, а Хван и не понимал толком, нравится ли ему это поведение или нет.
—Да, вдвоём,— констатировал факт юноша вполне обычным голосом.
Дрожь скрыть удалось, но это не задевало реакцию тела на действия: разве с любимым человеком рядом чувствуешь стресс? Или Хенджин был чем-то травмирован и ему трудно настолько близко подпускать к себе людей? Одновременно он и видел себя в качестве бойфренда, и нет—что такое? Подростковая неуверенность и первая любовь?
Все эти мысли всплелись в один вопрос:«Почему я так боюсь?»
Придя к выводу, что нужно быть смелым и успокоиться, Хван глубоко, нешумно вдохнул, и также выдохнул, холодными руками обвивая парня за талию, а носом, по самым избитым романтическим клише, уткнулся в темные волосы, пахнушие вкусной вишней. Такие объятия помогли снять лишнее беспокойство, дрожь в пальцах и скованность в теле.
Вцепившись пальцами в серую футболку, Минхо вытянул шею и одарил пробным чмоком, переросшим в нежный поцелуй тёплых губ.
Хенджин ещё в пути познания себя, и в процессе поцелуя вновь удивился: буквально минуты назад смущался от прикосновений, а теперь душу готов отдать, чтобы снова и снова целовать, не прекращая чувствовать любви к слегка нахальному Минхо.
Хван не такой уж и стеснительный, как может показаться на первый взгляд. Да, он из-за чего-то смущается проявлений любовного интереса в свою сторону, но это только на время, ведь главное — это открыться.