Кто такой Рой Кон? #лонгрид
Часть I: Гадёныш
Практически синхронно с СССР американцами была начата своя "борьба с космополитизмом", т.е. еврейской лево-либеральной общиной, служившей мостом между Союзниками по обе стороны во время войны. Но одна война кончилась и вспыхнула другая - Холодная - мосты спешно стали рушить. Начали с Голливуда, занимавшегося порой прямой сталинской пропагандой (усатого в те годы c теплотой называли Uncle Joe), и являвшегося по сути еврейским бизнесом (владельцы всех главных киностудий), но в итоге отделавшихся лишь легким испугом в виде временного отстранения от работы (Hollywood Blacklist), что впрочем не помешало им ныть об этом по сей день.
Однако после того как по "мостику" к Советам успели перекатить атомную бомбу, это требовало уже более жестких решений. Причем, показательно жестких, в лучших традициях show trial.
Поймали чету Розенбергов, которая своих симпатий к СССР и коммунизму не скрывала, связи с партией имела, поэтому побуждение массовой ненависти и последующего линчевания труда не составляло, даже если твердых доказательств в конкретном деле не было.
Найдя козлов отпущения, надо было подобрать кандидата на роль Великого Инквизитора. Однако тут возникала проблема - вроде как только войну против антисемитов выиграли, как-то неудобно если христианские погромщики будет осуществлять очередной кровавый навет, необходимо показать что дело имеет исключительно политический характер. Так что пусть евреи сами себя судят, эдакий междусобойчик. Судью определили, это был почтенный Ирвинг Кауфман, но на роль прокурора был нужен просто конченный подлец, который будет яростно агитировать за поджаривание своих же соплеменников на электрическом стуле, причем будет готов засветиться в этой роли на всю страну. Такого гадёныша нашли - это был Рой Кон, 23-летний вундеркинд, недавно только кончивший университет.
***
Рой родился в 1927 году в Нью-Йорке в очень состоятельной еврейской семье. Согласно семейной легенде, его мать, Дора Маркус, была самой уродливой женщиной в Бронксе, которую никак не удавалось выдать замуж. Пришлось семейству заключить сделку с молодым юристом Альбертом Коном, если он возьмет её в жены - его сделают судьей. Сделка удалась, и вскоре на свет появился Рой. К сожалению, и внешностью и характером он вышел весь в мать. Осознав это, она стала мальчика усиленно "исправлять" (например, неудачной операцией по ринопластике, которая изуродовала ему нос на всю жизнь), поэтому с раннего возраста сформировалась весьма болезненные отношения, с одной стороны крайней привязанности, с другой - вечного ощущения собственной дефектности и огорчения со стороны матери.
Ситуацию пытался исправить отец Альберт, нещадно натаскивая юного Роя в обучении и уроках жизни, дабы он компенсировал себя в знаниях и живой смекалке. А также связях на высоком уровне - отец постоянно брал малолетнего сына на свои встречи с представителями нью-йоркской элиты, включая таких гостей как Франклин Рузвельт, и даже поощрял его участвовать в разговорах.
Эти две стороны и сформировали его как личность: глубокое чувство личной дефектности, компенсация усиленной учебой и профессиональным мастерством, и опора на связи в высшем обществе, унаследованные от семьи.
Продолжение ниже
Часть I: Гадёныш
Практически синхронно с СССР американцами была начата своя "борьба с космополитизмом", т.е. еврейской лево-либеральной общиной, служившей мостом между Союзниками по обе стороны во время войны. Но одна война кончилась и вспыхнула другая - Холодная - мосты спешно стали рушить. Начали с Голливуда, занимавшегося порой прямой сталинской пропагандой (усатого в те годы c теплотой называли Uncle Joe), и являвшегося по сути еврейским бизнесом (владельцы всех главных киностудий), но в итоге отделавшихся лишь легким испугом в виде временного отстранения от работы (Hollywood Blacklist), что впрочем не помешало им ныть об этом по сей день.
Однако после того как по "мостику" к Советам успели перекатить атомную бомбу, это требовало уже более жестких решений. Причем, показательно жестких, в лучших традициях show trial.
Поймали чету Розенбергов, которая своих симпатий к СССР и коммунизму не скрывала, связи с партией имела, поэтому побуждение массовой ненависти и последующего линчевания труда не составляло, даже если твердых доказательств в конкретном деле не было.
Найдя козлов отпущения, надо было подобрать кандидата на роль Великого Инквизитора. Однако тут возникала проблема - вроде как только войну против антисемитов выиграли, как-то неудобно если христианские погромщики будет осуществлять очередной кровавый навет, необходимо показать что дело имеет исключительно политический характер. Так что пусть евреи сами себя судят, эдакий междусобойчик. Судью определили, это был почтенный Ирвинг Кауфман, но на роль прокурора был нужен просто конченный подлец, который будет яростно агитировать за поджаривание своих же соплеменников на электрическом стуле, причем будет готов засветиться в этой роли на всю страну. Такого гадёныша нашли - это был Рой Кон, 23-летний вундеркинд, недавно только кончивший университет.
***
Рой родился в 1927 году в Нью-Йорке в очень состоятельной еврейской семье. Согласно семейной легенде, его мать, Дора Маркус, была самой уродливой женщиной в Бронксе, которую никак не удавалось выдать замуж. Пришлось семейству заключить сделку с молодым юристом Альбертом Коном, если он возьмет её в жены - его сделают судьей. Сделка удалась, и вскоре на свет появился Рой. К сожалению, и внешностью и характером он вышел весь в мать. Осознав это, она стала мальчика усиленно "исправлять" (например, неудачной операцией по ринопластике, которая изуродовала ему нос на всю жизнь), поэтому с раннего возраста сформировалась весьма болезненные отношения, с одной стороны крайней привязанности, с другой - вечного ощущения собственной дефектности и огорчения со стороны матери.
Ситуацию пытался исправить отец Альберт, нещадно натаскивая юного Роя в обучении и уроках жизни, дабы он компенсировал себя в знаниях и живой смекалке. А также связях на высоком уровне - отец постоянно брал малолетнего сына на свои встречи с представителями нью-йоркской элиты, включая таких гостей как Франклин Рузвельт, и даже поощрял его участвовать в разговорах.
Эти две стороны и сформировали его как личность: глубокое чувство личной дефектности, компенсация усиленной учебой и профессиональным мастерством, и опора на связи в высшем обществе, унаследованные от семьи.
Продолжение ниже