Они ступили в коридор.
Пол под ногами не был обычным: он колыхался, как поверхность озера, и каждый шаг отдавался в груди странным эхом. Стены тянулись вверх, изгибаясь, словно живые, и в изгибах мелькали отражения — но не те, что они ожидали увидеть. Там я видел себя с изменённым горлом, Драко — с короной из терновника, а Дэн и Ной — с тёмными пятнами на лицах.
🌟🌟Первая ловушка не
🌟🌟заставила себя долго ждать. Из пола выросли цветы, только вместо бутонов на стеблях были лезвия, смутно напоминающие ножи разных форм. Они метнулись к нам, как змеи. Я отскочил, но одно из лезвий всё же задело мою голень. Тонкая линия крови проступила сквозь штанину, яркая и даже нелепая среди серой пустоты.
— Ну конечно, — процедил Драко, вжимаясь в стену, чтобы один из «цветков» не воткнулся в живот. — Стоило только шагнуть в эту дрянь, как это место решило, что мы слишком хорошо живём.
— А я-то думал, ты любишь драму и героизм. Вот тебе героическая смерть: быть изрезанным цветами-лезвиями. Прямо сюжет для книги.
Драко бросил на меня язвительный взгляд, но в глазах мелькнуло что-то похожее на осторожность. Он понял, что моя «шутка» была приправлена истиной.
💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙
Не знаю, как долго мы шли. Пока что всё было спокойно. И это спокойствие было хуже десятка цветов-лезвий. Было неизвестно, сколько ещё нам отведено блуждать по зеркалу и выберемся ли мы. Здесь не было ни запахов, ни звуков. Будто все эти спасительные вещи увязли в ртутной амальгаме.
Мы вышли на небольшой участок, засыпанный гравием, он хрустел под ногами, что придавало нашему появлению неожиданности. Мы шли цепочкой: Драко впереди, в его руках был маленький артефакт, дающий свет. Я шёл вторым, Дэн шумно топал за мной, а Ной замыкал шествие.
— Тише ты, — сказал Ной Дэну. — Мало ли кто здесь живёт...
— Отстань, идиот. Здесь пусто. — огрызнулся Дэн, но голос прозвучал неуверенно.
Драко вскинул руку. Мы замерли.
Тишина лопнула, звук, пробивший слой небытия, был похож на ломающуюся мёрзлую землю. Сначала пошла вибрация. Дрожь поднималась от земли. А потом эта земля вздыбилась прямо вокруг нас. Комья старой земли, гравий и камни рассыпались с треском, и сквозь них полезли они.
Скелеты. Не те хрупкие экспонаты, что собирают пыль в кабинетах биологии. Это были восставшие войны, озверевшие на живых. Я заметил, что их рёбра были переплетены подобием доспехов, а глазницы горели зеленоватым пламенем. Они прорывали себе путь наружу, разбрасывая комья земли.
Я среагировал первым. Выхватывая из кармана флакон с редкой магией, моя рука сама собой сжала флакон, и тот лопнул, растекаясь по мне и земле, создавая щит. Скелет, который побежал к нам, рассыпался в костяную крошку от соприкосновения с щитом. Но надолго ли хватит эликсира? Неизвестно.
Ной стоял ближе всех к эпицентру и дальше всех к щиту. Когда земля под ним разверзлась, из провала ударила тугая спираль рук. Пять или шесть гнилых рук метнулись к мужчине. Они были как жатва. Острые фаланги впились в кадык Ноя, как крючья. Хруст гортани прозвучал омерзительно громко. Сквозь пальцы брызнула тёмная кровь. Мужчина попытался крикнуть, позвать на помощь, защититься, но из разорванного горла вырвался только влажный хрип. Руки дёрнули его вниз, в могилу, которую сами же и вырыли. Ной исчез под грудой мёртвой плоти, погребённый будущими товарищами по могиле.
— Мамба! — рявкнул Драко.
Я понял, что он имел в виду. Машинально крутанулся на пятках, уходя от удара ржавой сабли, и ударил скелета точно в грудь. Тот рассыпался прахом.
Драко, который только что фактически спас мне жизнь, переломил тонкую руку другого скелета, а затем и его грудь.
Единственный из нас, кто сломался мгновенно, был Дэн. Увидев смерть друга, в дружбе с которым я не сомневался, его глаза стали абсолютно круглыми, зрачки расширились. Он смотрел не на нас и не на врагов. Он смотрел на то место, где минуту назад исчез Ной. Для него смерть обычно была строчкой в некрологе газеты или упоминанием в слухах. Видеть, как человеку разорвали горло... Его психика не смогла этого переварить. Драко, как и сам я, действовал прагматично. Нам было плевать на Ноя. Мужчина был пушечным мясом, расходником.
Мы двинулись назад, спиной вперёд, отбиваясь кусками арматуры и своими силами. Скелеты ползли и бежали за нами, оставляя за собой запах разложения. Когда мы наконец преодолели коридор, скелеты не последовали за нами: они просто остановились с обнажёнными зубами, видимо, чего-то ожидая.
Я прислонился к одной из стен, трогая свежие раны. Сердце рвано колотилось, хоть я и оставался внешне спокойным. Рядом тяжело дышал Драко, методично очищая мантию. Ни один мускул на его лице не выдавал страха. Минус один. Ничего нового. А Дэн сполз по стене на пол. Его ноги не слушались. Его начало рвать желчью прямо на кожаный ботинок Малфоя. Тот лишь брезгливо отшатнулся.
— Если ты продолжишь хныкать, как девица, то сдохнешь, — холодно сказал я, проходя в следующий коридор.
Пол под ногами не был обычным: он колыхался, как поверхность озера, и каждый шаг отдавался в груди странным эхом. Стены тянулись вверх, изгибаясь, словно живые, и в изгибах мелькали отражения — но не те, что они ожидали увидеть. Там я видел себя с изменённым горлом, Драко — с короной из терновника, а Дэн и Ной — с тёмными пятнами на лицах.
🌟🌟Первая ловушка не
🌟🌟заставила себя долго ждать. Из пола выросли цветы, только вместо бутонов на стеблях были лезвия, смутно напоминающие ножи разных форм. Они метнулись к нам, как змеи. Я отскочил, но одно из лезвий всё же задело мою голень. Тонкая линия крови проступила сквозь штанину, яркая и даже нелепая среди серой пустоты.
— Ну конечно, — процедил Драко, вжимаясь в стену, чтобы один из «цветков» не воткнулся в живот. — Стоило только шагнуть в эту дрянь, как это место решило, что мы слишком хорошо живём.
— А я-то думал, ты любишь драму и героизм. Вот тебе героическая смерть: быть изрезанным цветами-лезвиями. Прямо сюжет для книги.
Драко бросил на меня язвительный взгляд, но в глазах мелькнуло что-то похожее на осторожность. Он понял, что моя «шутка» была приправлена истиной.
💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙💙
Не знаю, как долго мы шли. Пока что всё было спокойно. И это спокойствие было хуже десятка цветов-лезвий. Было неизвестно, сколько ещё нам отведено блуждать по зеркалу и выберемся ли мы. Здесь не было ни запахов, ни звуков. Будто все эти спасительные вещи увязли в ртутной амальгаме.
Мы вышли на небольшой участок, засыпанный гравием, он хрустел под ногами, что придавало нашему появлению неожиданности. Мы шли цепочкой: Драко впереди, в его руках был маленький артефакт, дающий свет. Я шёл вторым, Дэн шумно топал за мной, а Ной замыкал шествие.
— Тише ты, — сказал Ной Дэну. — Мало ли кто здесь живёт...
— Отстань, идиот. Здесь пусто. — огрызнулся Дэн, но голос прозвучал неуверенно.
Драко вскинул руку. Мы замерли.
Тишина лопнула, звук, пробивший слой небытия, был похож на ломающуюся мёрзлую землю. Сначала пошла вибрация. Дрожь поднималась от земли. А потом эта земля вздыбилась прямо вокруг нас. Комья старой земли, гравий и камни рассыпались с треском, и сквозь них полезли они.
Скелеты. Не те хрупкие экспонаты, что собирают пыль в кабинетах биологии. Это были восставшие войны, озверевшие на живых. Я заметил, что их рёбра были переплетены подобием доспехов, а глазницы горели зеленоватым пламенем. Они прорывали себе путь наружу, разбрасывая комья земли.
Я среагировал первым. Выхватывая из кармана флакон с редкой магией, моя рука сама собой сжала флакон, и тот лопнул, растекаясь по мне и земле, создавая щит. Скелет, который побежал к нам, рассыпался в костяную крошку от соприкосновения с щитом. Но надолго ли хватит эликсира? Неизвестно.
Ной стоял ближе всех к эпицентру и дальше всех к щиту. Когда земля под ним разверзлась, из провала ударила тугая спираль рук. Пять или шесть гнилых рук метнулись к мужчине. Они были как жатва. Острые фаланги впились в кадык Ноя, как крючья. Хруст гортани прозвучал омерзительно громко. Сквозь пальцы брызнула тёмная кровь. Мужчина попытался крикнуть, позвать на помощь, защититься, но из разорванного горла вырвался только влажный хрип. Руки дёрнули его вниз, в могилу, которую сами же и вырыли. Ной исчез под грудой мёртвой плоти, погребённый будущими товарищами по могиле.
— Мамба! — рявкнул Драко.
Я понял, что он имел в виду. Машинально крутанулся на пятках, уходя от удара ржавой сабли, и ударил скелета точно в грудь. Тот рассыпался прахом.
Драко, который только что фактически спас мне жизнь, переломил тонкую руку другого скелета, а затем и его грудь.
Единственный из нас, кто сломался мгновенно, был Дэн. Увидев смерть друга, в дружбе с которым я не сомневался, его глаза стали абсолютно круглыми, зрачки расширились. Он смотрел не на нас и не на врагов. Он смотрел на то место, где минуту назад исчез Ной. Для него смерть обычно была строчкой в некрологе газеты или упоминанием в слухах. Видеть, как человеку разорвали горло... Его психика не смогла этого переварить. Драко, как и сам я, действовал прагматично. Нам было плевать на Ноя. Мужчина был пушечным мясом, расходником.
Мы двинулись назад, спиной вперёд, отбиваясь кусками арматуры и своими силами. Скелеты ползли и бежали за нами, оставляя за собой запах разложения. Когда мы наконец преодолели коридор, скелеты не последовали за нами: они просто остановились с обнажёнными зубами, видимо, чего-то ожидая.
Я прислонился к одной из стен, трогая свежие раны. Сердце рвано колотилось, хоть я и оставался внешне спокойным. Рядом тяжело дышал Драко, методично очищая мантию. Ни один мускул на его лице не выдавал страха. Минус один. Ничего нового. А Дэн сполз по стене на пол. Его ноги не слушались. Его начало рвать желчью прямо на кожаный ботинок Малфоя. Тот лишь брезгливо отшатнулся.
— Если ты продолжишь хныкать, как девица, то сдохнешь, — холодно сказал я, проходя в следующий коридор.