Der Immigrant

Я все-таки не понимаю, как Мерц может досидеть до 29 года. То есть я понимаю, как, но я не понимаю, как из этого может выйти что-то хорошее. Дело даже не в том, какие реормы проводятся, дело в том, как власть выглядит со стороны. Мы живем в популисткое время, и важно не только что делается, очень важно как это делается. У Мерца с как уже явно катастрофа — он не сможет показать жителям, что они вместе, что они куда-то в правильном направлении двигаются, он не может дать надежду, не может впустить воздух в систему. Я не понимаю, как в такой ситуации можно проводить реформы вместе с довольно безликим и находящимся в похожем состоянии партнером. И я не понимаю, как можно в таком виде не прийти к полному краху в 29 году. При этом у коалиции отрицательная репутация — то есть все ошибки будут замечаться, а успехи вряд ли. В чем план, короче, я не очень понимаю.

Дисклеймер — я в принципе не очень понимаю, я тут три года живу, я хз.

Тагесшпигель пишет, что в Берлине SPD, Зеленые и Левые прошли, скорее всего, первый важный этап, а именно договорились по тому, как взаимодействовать с антисемитизмом. Такая общая позиция для соцдемов и Зеленых была условием для любых дальнейших разговоров.

Интересно, как они теперь пройдут тему национализации жилищных компаний.

Ожидается четвертая зима в Берлине. И после первых трех решение по четвертой такое — не быть здесь. Как настоящие немцы валим в Испанию на три месяц. Снято жилье в Барселоне с декабря по февраль. Посмотрим, как там люди живут.

Вот так история: в одном округе Шпандау во время выборов ошиблись и по телефону передали неправильные результаты. Выяснилось это сейчас. Оказалось, что там победил не цдушник, а афдшник (разница 34 голоса, вот как важно ходить на выборы). А дальше начинается немного сложная механика пропорциональной системы из-за которой приходится пересчитывать общее количество попавших в городской парламент депутатов. И их будет на 5 меньше. Один спдшник, одна зеленая и двое левых вылетают. Прикиньте, какой облом?

Поправка: изначально написал, что разница была 80 голосов, я ошибся.

Иллюстрация про то, как сложно по госстраховке получить нормальную помощь, если ты не умираешь, но с тобой что-то не так. Ситуация:

Соня уже пятый раз за полгода болеет чем-то, что бьет по легким. Это неприятно, и это странно: Соня раньше почти не болела.

Мы в программе семейного врача в модной сети клиник Avi. Выбрали мы ее, когда приехали, по двум причинам: а) там говорят по-английски, б) что важнее, туда можно попасть на прием.
Наши приемы в Avi обычно занимают пару минут. За это время не происходит почти ничего: тебе могут задать пару вопросов и выписать направление куда-то дальше — к сожалению, это тоже не всегда работает, потому что у меня были случаи, когда мне дают направление, у которого ограниченный срок действия, а в течение этого времени найти врача по доктолибу невозможно.

Ну ладно, базово с этим жить можно, а если станет плохо, поедем в больничку. Но не когда у тебя болят легкие и ты задыхаешься пятый раз за полгода, а в предыдущий раз тебе сказали «у вас подозрение на пневмонию, пейте травки».

Короче, Соне реально плохо. Это происходит пятый раз. Она не понимает, что с ней. Она идет к врачу. Она ждет своего приема 40 минут. Врач говорит: что вам надо? Больничный? Соня говорит: нет, я хочу понять, почему я болею. Врач недовольно на нее смотрит. Соня пытается объяснить. Врач говорит: у вас ослабленный иммунитет, проветривайте помещение. Слушает очень быстро легкие, говорит, что чистые, выписывает прыскалку от симптомов. Что вам еще нужно? Соня говорит: я хочу понять, что со мной. Врач говорит что-то в стиле: Я ПОВТОРЯЮ ВАМ ПОСЛЕДНИЙ РАЗ». Соня говорит: но вы не отвечаете на мой вопрос. Я болею пятый раз. Можно меня обследовать? Можно, не знаю, кровь сдать, хоть за свои деньги? К пульмонологу отправить? Я могу за это заплатить. Врач встает, открывает дверь кабинета и говорит: вы выйдете или мне звать еще человека, чтобы вас вывести?

У Сони наливаются глаза слезами. Надо знать Соню: она на людях никогда не позволяет себе быть грубой и даже жесткой. Но тут она говорит: что вы делаете? Что вы за врач? Вам должно быть стыдно за свое поведение. Врач приводит женщину с ресепшна и говорит: мы сейчас будем вас выводить всей клиникой (разговор, бай зе вей, происходит по-русски, женщина с ресепшна по-русски не говорит). Соня начинает плакать. И рыдает после этого несколько часов. Потому что это дикое унижение, потому что Соня уже много месяцев пытается понять, что с ней, и это вообще не получается. Потому что ей сложно дышать и у нее нет сил. Прикиньте, вас через пару минут после начала приема выгоняют с подмогой из кабинета?

Такой вот прием в клинике Avi. Длилось это все меньше пяти минут. Я не врач, я не должен оценивать медицинскую составляющую, но так нельзя вести себя на приеме. Женщина с ресепшна долго извинялась, говорила, что, судя по симптомам, Соне правда нужно обследование и что она поговорит с врачом. На следующий день прислала письмо с извинениями и предложением прийти к другому врачу, с которым она это предварительно обсудила.

Но в эту клинику мы больше ни ногой. Я планирую как берлинер написать жалобы, куда их можно написать, а еще выйти нахер из программы семейной медицины в этой сети. И хотя я понимаю, что по одной клинике делать выводы о системе госстраховки неправильно, сил больше нет. Сейчас ситуация такая: мы платим за госстраховку, потому что должны, и параллельно платим врачам, чтобы к ним попасть. Чет странно и дорого (и нам очень сильно повезло, что у нас есть такая финансовая возможность). Я совершенно не сторонник ходить по любому поводу к врачам, но иногда к ним надо, а если к ним долго не попадать, это просто портит жизнь.

Если у вас есть контакты хороших страховых агентов, пришлите, пожалуйста.