ЦАРСКИЕ ГОРЫ ч.2
Курить пришлось долго, минут 15 в полной темноте, лишь изредка освещаемой фарами проезжающих военных буханок. Попил тёплой, почти горячей, минералки, один из самых ужасных напитков в мире.
Теперь стоит упомянуть о самой деликатной части жизни волонтеров. О том, как правильно справлять естественные нужды в условиях войны и степи. В том случае, если речь идёт о территориях, русских ещё с 14-го года, всё гораздо проще, мин в траве особо нет, можно и отойти за куст. А вот на остальных освобождённых территориях вообще лучше не сходить с обочины, забыв о стыде и приличии.
В этой ситуации я решил не искушаться кустом, растущим в 5 метрах от дороги, а сделать нелицеприятное дело в придорожную траву. Закончив, вернулся к машине и начал залипать на звёздное небо.
Через пять минут, под дружный истерический гогот, вернулись двое товарищей. С запрыгнул на переднее сиденье, а К разместился у баулов на заднем. Тут ночные поля пронзил, пугая засыпающих птиц, радостный крик К.
-КРУГЛЫЙ!!!!
-Ну да...
-Как я рад тебя видеть! Я то думал какой-то другой водила едет, а тут ты.
-А вот так вот.
Круглый - моё старое прозвище, прилипшее ещё весной 22-го года в Москве. После радостных рукопожатий, которые бывают только у давно не видевшихся товарищей, я развернул машину и повёз нас обратно в Донецк.
Наступающая южная ночь маслянистой тьмой обволакивала со всех сторон. Как два тончайших скальпеля прорезали её лучи фар. Видно было примерно ничего, не спасал ни ближний, ни дальний свет. Пришлось прибегать к народной мудрости, включив противотуманки.
Так мы ползли со скоростью безногой черепахи по проселочной дороге 10 километров до Свердловска. Может показаться, что путь был скучный, но всё было ровно наоборот. К травил истории в своей неповторимой южнорусской манере. В его исполнении даже описание похода в магазин за хлебом становилось смешнее любого анекдота.
После Свердловска было две дороги до трассы. По одной я уже проезжал и имел точное представление о ней, как о крайней плохой. Поэтому было принято единоличное решение попробовать вторую.
Начиналась она вполне обычно для этой местности - "заасфальтированный океан", как описал её К. Лучше сравнения подобрать вряд ли получится, в пятнашке мы чувствовали себя, как на корабле пробирающемся через шторм. Но так продолжалось всего километров 5, дальше же всё превратилось в мрак и ужас.
Относительно нормальная дорога превратилась в узкую асфальтовую калею между полей с нависающими прямо с обочины кустами и небольшими деревьями. Местами она сужалась до буквально размеров самой машины и мы километрами цепляли ветки кустов бортами и зеркалами. Сразу же пошли шутки про Поворот не туда, одичалых ЧВКшников и лесных маньяков.
Первые серьёзные трудности начались, когда мы уперлись, почти свалившись в него, в здороверрный котлаван, по размерам сопоставимый с колонной техники. Разведав объезд, мы спокойно проехали мимо, но буквально через 10 километров снова нарвались на такой же овраг. На этот раз пришлось ехать по вспаханному полю, ничего сложного, главное не тормозить. Но вот заезд обратно на калею был взрыт каким то танком. Ловко сманеврировав, я избежал неминуемой посадки на днище с последующим отрывом всего, что под ним находится.
Жертвы конечно были, каким-то осколком или просто железкой пробило переднее колесо. Не унывая и принимая похвалы за ловкость рук и быструю реакцию, я вытащил запаску. Менять вызвался С, чему я не препятствовал.
Через 5 минут мы уже опять ехали между полями. А через 20 уже выезжали на трассу. Радость от этого была сопоставима только с радостью от встречи. Ровная дорога, новый асфальт, всё это было так прекрасно после почти трех часов езды по полям. Но я знал, что всё хорошее рано или поздно кончается, особенно новый асфальт в ЛНР.
Проехав Антрацит мы снова попали на ужасную разбитую дорогу. Днём эта "трасса" была сложной, ночью же она превращалась в заезд на выживание. Ни людей, ни машин, ни одного жилого посёлка на ближайшие 50 километров. В бледно-серое пятно света противотуманок постоянно проскальзывали чёрные провалы ям и выбоин.
