Спустя год, после давно всем известных событий, мне стоило бы сказать что - то пафосное, как обычно делал я и многие остальные активисты. Но меня дико заебал такой базар, поэтому я скажу как есть. Я скажу правду.
За этот год со мной произошло много событий. Обыск, арест, освобождение, звёздная болезнь, пьянки, тусовки, любовь, депрессия, кризис... Взлёты и падения, короче. Все это говорит о том, что я живу жизнь. Живую жизнь. И в каком - то смысле так случилось, что тот жаркий день стал тому причиной, ведь именно тогда моя реальность изменилась.
Её изменила черная резина мусорского беспредела, которая обжигала тела сотен безоружных людей.
Её изменили крики. Злобы, пощады, бессилия. Тогда, сотни голосов слились в стремление хоть как - то попытаться разбить цепи безысходности, которые сковывают нашу страну уж очень давно.
Её изменила кровь, которую я увидел тогда на собянинской плитке, на дубинках жандармов, ссыкливо прячущих свои ебла под балаклавами. Это была не просто кровь. Это было предупреждение режима о том, что ради выживания он пойдет на крайние меры.
Её изменило оцепление Трубной площади, во время которой я и остальные заложники, почувствовали себя евреями в Варшавском гетто 1943 года.
Её изменили аресты людей, которые в будущем стали фигурантами этого блядского дела. Некоторых из них я знал лично.
За этот год было сказано очень много фраз. От меня и от других людей. Самая часто повторяющаяся из них: "Мы не забудем!". И по прошествии года, мне хочется задать неудобный вопрос. Как себе, так и всем нам.
Мы действительно, не забыли?
Не забыли, то как нас в тот день неистово хуярили люди в сером, чьих имен мы пока не знаем?
Не забыли тех мужиков, которые хоть как-то попытались остановить это? Егора Лесных, Евгения Коваленко, Кирилла Жукова?
Не забыли то, что продолжает творить этот режим до сих пор?
Не могу сказать дать однозначный ответ, и тем более не могу говорить за всех, но мне кажется мы начали забывать из - за спада внимания. Как на невиновных которое сидят, а на виновных что до сих пор гуляют по тем улицам, где год назад они вытаптывали нас сапогами в плитку.
Вы спросите, что делать в такой ситуации?
Минимум: помнить как деле и его фигурантах ( для не незнающих:
https://delo212.ru/), писать письма арестантам (
http://rosuznik.org/) и не забывать что делали люди в форме в до, во время и после того дня.
Максимум: не бояться быть свободными и не спрашивать никого на это разрешения.
P.S. незадолго до отъезда из Москвы, я видел на доске портреты фигурантов дела 212. Больше всех мне запомнился Евгений Коваленко, чей опустошенных взгляд был направлен прямо на меня. Он коллаборировал с надписью "Коваленко не урна! Мы его не бросим!"
Прошел год.
Где сейчас Евгений Коваленко?
