Продолжаем рубрику #статья_для_тебя – если вы пропустили первый материал, о Жижеке, клиторе-осьминоге и Красной плесени – ищите по хэштегу выше, такие тексты не каждый месяц удаётся прочесть.
Сегодня мы затронем кое-что серьёзное.
Журнал издательства НЛО можно за многое заслуженно поносить – за некритическую репрезентацию откровенно ублюдочных тенденций западной гуманитаристики, за основанную на круговой поруке культурное продвижение «своих» поэтов и эссеистов, не способных не то что на интересное, художественно артикулированное осмысление реальности, а даже на адекватную презентацию мнения о её, реальности, конкретных или идейно-концептуальных проявлениях – да и за много ещё другого получить по шапке товарищи заслуживают … но периодически издание всё же публикует в публицистической форме нечто по-настоящему важное, в доступном виде акцентируя назревшие и требующие разрешения вопросы культуры.
Статья «
Между Шестовым и Спинозой» Аркадия Ковельмана, доктора исторических наук заведующего кафедрой иудаики Института стран Азии и Африки МГУ, вышедшая в четвёртом номере НЛО за этот год – один из таких материалов.
В чём соль: в статье анализируется влияние на творчество еврейского писателя Исаака Зингера (1902-1991) двух фигур философии, осмыслявших природу Божественного и саму возможность, при религиозном принятии постулатов религиозного учения христианства, приблизиться к пониманию Бога путями рационального рассуждения – Бенедикта Спинозы и Льва Шестова.
Вполне естественно, что самое интересное в статье как раз не фигура Исаака Зингера, нобелевского лауреата по литературе, мало что говорящая уму и сердцу даже образованного русского читателя (во многом из-за того, что в отличие от – не знаю – Шолома Алейхема и Амоса Оза, книги Зингера объективно плохо переведены на русский язык), а как раз таки рецепции представлений Спинозы и Шестова о Боге, и их – не сказать иначе – предельной актуализации в современной истории.
Именно о представлениях Спинозы и Шестова я и хочу поговорить в свете статьи – в ней дана схожая линия с разворачивающимся ниже рассуждением о наследии философов, но в контексте художественного творчества Зингера – я же выцеживаю только интересующее меня.
Итак, положения Спинозы известны в общих чертах даже людям, незнакомым с «Этикой» – которая представляет из себя, к слову, одно из величайших творений человеческого ума и сердца за всю историю рода людского, читайте Спинозу обязательно – так вот, в общих чертах: Бог есть имманентная, моническая причина всего сущего, единая субстанция всех проявлений материального мира, доступная для человеческого постижения в отношениях протяжённости и мышления, между которыми наблюдается согласие, порядок и связь – полноценное гармоническое тождество.
Последовательное развитие положений из этого основания и приводит Спинозу к выводу, за который в XVII-ом веке его и ждало преследование со стороны европейских христианских государств, а после смерти – запрет на печать ВСЕХ сочинений на территории ВСЕХ христианских стран (в России официальное издание и перевод главного сочинения Спинозы находилось под запретом вплоть до Октябрьской Революции); вывод – по сути пантеистическое отождествление авраамического Бога с миром, природой и материей. То есть – как написано в Этике, «в природе Бога не имеют места ни ум, ни воля» в человеческом понимании, потому что разум Бога – есть объективное содержание Его бесконечного мышления, то есть идеи вещей, существующих в Его разуме – а воля Бога продуцирует эти идеи в бытие – и только в это, известное нам временно-протяжённое бытие.
(Спиноза разворачивает это рассуждение на примере природы треугольника – читайте Спинозу, это просто ни с чем не сравнимо)
