# про свет
- ясно: “учение — свет, неученье — тьма”. Истина — свет. Голова ясная, светлый ум. Снисходит озарение. Все четко и ясно, как божий день. Все теперь видится в новом свете. Просветление. Вокруг же, напротив — дремучая тьма невежества, мракобесие. Туманно все и расплывчато, ничего не понятно. “Мутный он какой-то, темнит”. “Дело темное, кто его знает”. Свет, знание — хорошо; тьма, неведение — плохо.
- но: неведение бывает двух видов: (1) незнание — что-то непонятно, или неизвестно вовсе; (2) заблуждение — что-то обманчиво понятно или попросту неверно. Первое — отсутствие знание, второе — присутствие ложного знания. Избавиться от заблуждения бывает еще сложнее, чем от незнания. Незнание — потенциальная открытость знанию: если я чего-то не знаю, то могу, наверное, узнать. Заблуждение же больше закрывает от меня возможность узнать, его приходится дополнительно преодолевать — я не знаю, что мое знание ложно, а может и *не хочу* этого знать. Незнание (тьма?) лучше, чем ложное знание.
- незнание может быть осознаваемым или нет, способствовать открытости или мешать ей. (1) я не знаю о своем незнании (невежда) — мешает; (2) я знаю о своем незнании (философ!) — помогает. Но и осознаваемым незнанием можно закрыться — “не знаю и знать не хочу”, или открыться — “не знаю, но хочу узнать”. Есть хорошее, открытое, незнание.
- заблуждение, ложное знание, понятно, мешает. Но с точки зрения открытости, истинное знание тоже может мешать. Знанием тоже можно закрыться, зазнаться: “да все понятно”, “это все я уже знаю”, вопрос закрыт. Знание — свет, но и льющийся свет знания стынет в янтарь. Знание это чучело знаемого, покрытое янтарным лаком. Совсем как живое, но уже мертвое.
- знанию хочется противопоставить понимание, как нечто более живое. Я могу что-то знать, но совершенно не понимать. В простом примере: (1) я *знаю о* художественном произведении, (2) я *знаю* это произведение, вызубрил, (3) я произведение *понимаю*. Или о человеке так же: знаю о человеке, знаю человека, или понимаю его. Здесь есть разница в качестве связи, степени открытости.
- это ведь вообще не о знании или незнании, а о позиции того, кто знает, о его способе участия в мире. О том, чтоб открыться беспредельной полноте невыносимо яркого света. Может тут вообще нечего знать, все и так ясно.
- ясно: “учение — свет, неученье — тьма”. Истина — свет. Голова ясная, светлый ум. Снисходит озарение. Все четко и ясно, как божий день. Все теперь видится в новом свете. Просветление. Вокруг же, напротив — дремучая тьма невежества, мракобесие. Туманно все и расплывчато, ничего не понятно. “Мутный он какой-то, темнит”. “Дело темное, кто его знает”. Свет, знание — хорошо; тьма, неведение — плохо.
- но: неведение бывает двух видов: (1) незнание — что-то непонятно, или неизвестно вовсе; (2) заблуждение — что-то обманчиво понятно или попросту неверно. Первое — отсутствие знание, второе — присутствие ложного знания. Избавиться от заблуждения бывает еще сложнее, чем от незнания. Незнание — потенциальная открытость знанию: если я чего-то не знаю, то могу, наверное, узнать. Заблуждение же больше закрывает от меня возможность узнать, его приходится дополнительно преодолевать — я не знаю, что мое знание ложно, а может и *не хочу* этого знать. Незнание (тьма?) лучше, чем ложное знание.
- незнание может быть осознаваемым или нет, способствовать открытости или мешать ей. (1) я не знаю о своем незнании (невежда) — мешает; (2) я знаю о своем незнании (философ!) — помогает. Но и осознаваемым незнанием можно закрыться — “не знаю и знать не хочу”, или открыться — “не знаю, но хочу узнать”. Есть хорошее, открытое, незнание.
- заблуждение, ложное знание, понятно, мешает. Но с точки зрения открытости, истинное знание тоже может мешать. Знанием тоже можно закрыться, зазнаться: “да все понятно”, “это все я уже знаю”, вопрос закрыт. Знание — свет, но и льющийся свет знания стынет в янтарь. Знание это чучело знаемого, покрытое янтарным лаком. Совсем как живое, но уже мертвое.
- знанию хочется противопоставить понимание, как нечто более живое. Я могу что-то знать, но совершенно не понимать. В простом примере: (1) я *знаю о* художественном произведении, (2) я *знаю* это произведение, вызубрил, (3) я произведение *понимаю*. Или о человеке так же: знаю о человеке, знаю человека, или понимаю его. Здесь есть разница в качестве связи, степени открытости.
- это ведь вообще не о знании или незнании, а о позиции того, кто знает, о его способе участия в мире. О том, чтоб открыться беспредельной полноте невыносимо яркого света. Может тут вообще нечего знать, все и так ясно.