По словам главы организации Conflict Intelligence Team Руслана Левиева, от западных ЧВК «Вагнер» отличается радикально: тогда как зарубежные компании такого типа занимаются охраной и обучением, «Вагнер» - разведкой, ведением боёв, диверсиями и прямым наступлением. Также российское законодательство запрещает частным структурам владеть бронетехникой и оружием массового поражения, тогда как к 2022 году в арсенале «Вагнера» уже были самолёты оперативно-тактической авиации.

Попытка «совладать» с ЧВК была предпринята в марте этого года: на время СВО Вагнер как бы «легализовался» в составе МО, обретя указом Путина статус добровольческого отряда (добровольцы на СВО приравнены к военным). Но это – не закон, регулирующий статус и деятельность ЧВК. Однако, если он появится в России, то ЧВК автоматически исчезнут: они не могут иметь принадлежности к флагу, потому что при таком раскладе не смогут участвовать в конфликтах по всему миру и, соответственно, зарабатывать на них.

Так что, бойцы ЧВК – люди не государевы и им все равно, где, с кем и за кого воевать – идеологию и соратников выбирают на свое усмотрение. Так почему бы и не национализм?

Однако, несостыковка: юридически «Вагнер» не имеет отношения к российскому законодательству, но он – государственный проект, финансируемый государством же. О содержании «Вагнера» накануне сказал Путин.

Допустим, «Вагнер» действительно создавался как «спецназ в квадрате» или теневой «отряд мегаособого назначнения» в составе МО – есть такая информация в открытом доступе. Но, вместе с тем,«Вагнер» действительно представляет самим фактом своего существования угрозу для нынешнено политического строя России – по факту, это армия номер два. Это милитари-бизнеспроект, пусть даже и «полу», но частный. Танки, авиация, гранатометы в частных руках чреваты непредсказуемостью применения. Поэтому, если российская власть решила от греха подальше избавиться от этой силы любыми путями, включая и инсценировку (или провокацию?) мятежа, то для ее стабильности это верный шаг.