Вы не помните Машеньку Жукову?
Мандарины, коньяк, холодец,
сквозь динамики сердце аукало
и не слышало прочих сердец.
Именины почившего Ящера
(Наутилус. Разденься. Клише).
Вместо нашего ненастоящего
столько прошлого вдруг неглиже.
Холод ламповый, злая косметика,
наизусть серпантином стихи.
О, конфетные наши секретики --
на интимных местах лопухи.
Ни детей, ни родителей в трауре,
ни квартиры в залоге, ни войн.
Мы друзей вычисляли по ауре,
через окна влезали домой.
Карнавал ослепительной дерзости:
на балконах скрипит такелаж.
А сейчас -- ощущение мерзости:
морок, глупость, безумие, блажь.
Только Машенька Жукова в свитере
в светомузыке через враньё.
Вы же помните? Вы это видели?
Вы тогда и влюбились в неё.
Мандарины, коньяк, холодец,
сквозь динамики сердце аукало
и не слышало прочих сердец.
Именины почившего Ящера
(Наутилус. Разденься. Клише).
Вместо нашего ненастоящего
столько прошлого вдруг неглиже.
Холод ламповый, злая косметика,
наизусть серпантином стихи.
О, конфетные наши секретики --
на интимных местах лопухи.
Ни детей, ни родителей в трауре,
ни квартиры в залоге, ни войн.
Мы друзей вычисляли по ауре,
через окна влезали домой.
Карнавал ослепительной дерзости:
на балконах скрипит такелаж.
А сейчас -- ощущение мерзости:
морок, глупость, безумие, блажь.
Только Машенька Жукова в свитере
в светомузыке через враньё.
Вы же помните? Вы это видели?
Вы тогда и влюбились в неё.