хотела что-то написать сегодня, но не смогла ничего собрать.
только недавно, получив комментарий о лицемерии, потому что я «не осудила нападение ХАМАС 7 октября», я задумалась о том, а что же я тогда чувствовала. за почти три года я будто не останавливалась, чтобы об этом подумать.
ясно, всех нас это зацепило и травмировало — в большей или меньшей степени. и само седьмое октября, и война, последовавшая за ним.
а теперь остались какие-то путаные мысли про память и важность забывать: закрывать истории, узнавать правду, делать выводы. залечивать, а не намерено разрывать раны.
чтобы мочь сконцентрироваться на созидательном — умении объединяться и помогать друг другу, а не разрушительном — мести или уязвленному «мы», которое приводит только к «можем повторить».
конечно, было страшно. потому что война и терроризм — это жуткое дело. поэтому я и против этого, по отношению ко всем.
только недавно, получив комментарий о лицемерии, потому что я «не осудила нападение ХАМАС 7 октября», я задумалась о том, а что же я тогда чувствовала. за почти три года я будто не останавливалась, чтобы об этом подумать.
ясно, всех нас это зацепило и травмировало — в большей или меньшей степени. и само седьмое октября, и война, последовавшая за ним.
а теперь остались какие-то путаные мысли про память и важность забывать: закрывать истории, узнавать правду, делать выводы. залечивать, а не намерено разрывать раны.
чтобы мочь сконцентрироваться на созидательном — умении объединяться и помогать друг другу, а не разрушительном — мести или уязвленному «мы», которое приводит только к «можем повторить».
конечно, было страшно. потому что война и терроризм — это жуткое дело. поэтому я и против этого, по отношению ко всем.