au.

утро ощущается нежным касанием рук к взмокшему лбу и сладким запахом выпечки, что крадётся в комнату через крохотную щель под дверьми, когда желудок уже тихо воет о несправедливости мира. солнце ласково касается холодной подушки совсем рядом, настырно пробиваясь тонкой лентой сквозь бережно закрытые шторы. тело наполнено тяжестью и тихой болью где-то в спине, но такой родной и заботливой, что кажется, точно так и должно быть.
джунхо чувствует, что он, пожалуй, выспался – впервые за последние года четыре, когда о себе даже не могло быть и речи. смотрит на часы – короткая стрелка вот-вот достигнет десяти, но сейчас плевать на это больше всего. тянется, разминая затекшие мышцы. тянется за собственной футболкой.
ночной любовник на кухне выглядит всё так же привлекательно, как и ночью. джунхо выдыхает хрипло, застёгивается ширинку с глухим звуком молнии. осознание того, что всё это вот-вот разрушится чувствуется поганеньким червем глубоко внутри.

– доброе утро. – голос низкий и бархатный. – решил, что ты захотел остаться на завтрак, раз вчера так быстро заснул.

ким – интрижка на одну ночь и ошибка, потому что иначе быть не может, потому что джунхо должен был уехать отсюда ещё ночью. ким, кажется, прибыл в город всего на несколько недель, потому что военный, потому что жизнь не дорога. джунхо позволить себе этих отношений не может.
и всё равно садится за стол, когда приглашают, потому что безумно устал от одиночества. потому что ким ощущается, как комфорт, который ему придётся разрушить, разбить одним точным ударом, выбивая колени в обратную сторону – себе самому в первую очередь.

– могу я тебя поцеловать? – тарелка опускается на стол, ким клонится ближе, разглядывая лицо напротив с явным интересом, при свете дня видит впервые.
– можно. – джунхо позволяет себе слабость, ещё немного и хватит.

сегодня ким целует нежно, мягким касанием сминая губы, будто прося прощения за ночь – джунхо в момент чувствует, как ноют запястья, но проблема в том, что ему всё это нравится. сидеть вот так на кухне за столом и чувствовать себя любимым – нравится.

– это восхитительно. – джунхо набивает рот плотнее и взгляда не поднимает, пережевывая свежие вафли. – просто охуенно. возьми меня прям на столе.

ким смеётся. глотает кофе и поглядывает так, будто уже задумал неладное.

– тебя подвезти до дома? – тарелки с грохотом опускаются в раковину, потом приведёт в порядок, до тараканов далеко.
– рискованно давать малознакомому человеку свой адрес. – джунхо вновь мыслит, как честный полицейский, потому что пора, потому что эта херня касается не только его. – вдруг ты сталкер, вор или маньяк.
– но ты же мой знаешь. – ким парирует вполне аргументированно, складывая руки под грудью и вид при этом имея такой, будто услышал главную в мире глупость. – для меня это были такие же риски.
– ты же понимаешь, что мы расстанемся сейчас и на этом всё кончится. – в ход лишь теперь идут аргументы иного содержания, более честного, чем должно быть.
– я просто предложил подвезти. – ким выдыхает и на секунду выглядит так, будто всё стало лишь хуже.
– тогда подвезти.

то, как водит ким вызывает у джунхо пару приступов тревоги и желание спроектировать для пассажиров второй ремень безопасности – на всякий случай. ким не церемонится, давит на газ, но за руль держится совершенно уверенно – одной рукой, – ловко маневрируя меж других машин, при всем этом выглядит так, точно здесь он единственный верный водитель, а остальные так, любители, и солнцезащитные очки будто лишь подтверждают образ. шальная мысль о том, что мужчина трахается так же, как водит заставляет джунхо отвернуться и всю поездку пялиться в экран телефона, который удивительно страшно молчит до сих пор. «не жили богато – нехуй начинать» убеждает себя сам, понимая, что эта его вылазка ещё долго не выйдет из головы.
у дома джунхо торопится выйти и, наверное, сбежать, оставаясь незамеченным. вот только ким отвлекает и подходит как-то страшно близко.

– могу поцеловать на прощание? – улыбается слегка искоса в надежде получить «да» снова, держит руки в карманах светлых брюк.