сначала мы говорили, теперь сердце еле бьётся.
сперва убивали нервы, теперь разбежались вовсе.
когда я лежал в психушке — из радио шпарил Моцарт,
выл ветер и лето плавно сменяла босая осень.
на третью неделю транков я стал забывать все даты
но стойко терпел, но твёрдо и бескомпромиссно верил,
что ты не решишься бросить, что вскоре придёшь сюда ты
под эти глухие стены, под эти одинокие двери больницы.
ну или хотя бы просто на меня пришлёшь конвертик.
я был от обрыва в шаге — спиртным и стихами выжат.
но тот, кто семь раз сбрасывался уже не боится смерти вовсе.
такой пациент, обычно, скорее боится выжить.
сначала мы веселились, теперь я предельно беден,
надломлен, уныл, увечен, тоской изнутри покоцан,
и знаю наверняка, что страшнее всего на свете,
когда уже третий год тебе слышится только голос.
#с
