на мягком покрытии крыши кое-где виднелись небольшие лужи после прошедшего дождя, отражающие бледные блики полной луны. воздух наверху был теплым и чистым, ведь, по законам физики, большая часть холода и грязи оседала на город снизу, заманчиво сверкающий разноцветными огнями.
мы сидели на самом краю, свесив ноги, и пускали струйки дыма из одной сигареты, наблюдая за тем, как они медленно исчезают из нашего поля зрения. время, будто решив пойти нам на уступки, замерло, отделив оживленный город от нашей крыши, где секунды тянулись, как подушечки жвачек во рту.
мы вытягивали руки вперед и пытались схватить как можно больше воздуха, наивно открывая ладоши друг перед другом и споря, кому удалось поймать больше. все вокруг будто содействовало нашим нелепым попыткам построить временное по-детски искреннее счастье; я был главным инженером, а ты — рабочим, что исполнял мои указания.
мы играли в «гляделки», взяв друг друга за руки, и пытались скрыть дурацкие улыбки, которые сами расползались на лицах. недолго — я победил, а ты перешел границу нашей сказки, увидев за пленкой счастья на моих глазах мимолетные мысли, контрастирующие с мягкими тонами нашего счастья.
я растерялся из-за твоей минутной запинки, и ты нелепо попытался скрасить неловкость натянутой улыбкой. в тот момент счетчик фальши нашего пространства задрожал от слишком высокого показателя, а я, почувствовав это, отвел взгляд.
«почему ты не хочешь открыться?»
ты не нарушал тишину, да и не было необходимости — я чувствовал немой вопрос, ответ на который давать совсем не хотелось.
спустя пару мгновений ты летел вниз, медленно подбираясь к черте, за которой время возобновляло свою привычную скорость.
луна осуждающе смотрела на меня пустыми кратерами, а я наблюдал за тем, как ты исчезаешь в огнях за оболочкой, прячущей меня от живого города.
я знаю, что с утра ты снова будешь молча задавать один и тот же вопрос, глядя из зеркала с мягким укором, но сейчас мои мысли заняты лишь каркасом нашего счастья, плотно усеянного разрастающимися трещинами страха.
